Город почти остался без воды, животные умирают, скоро придет черед и людей. Песчаники обезумели. Сколько моего народа умрет, прежде чем дойдет до наполняющегося Белого моря? Что-то надломилось в мире, Четерии. Будто пробоина образовалась в первых числах января. Жизнь уходит как в бездонную дыру, и я на пределе. Да и ты тоже, я же вижу. Я либо исполню свое предназначение, либо истеку до капли и умру бесполезной смертью.
– Красная, – прорычал Четери и метнул нож в дерево – далеко улетело лезвие, воткнулось, срезав ветвь с розовыми цветущими цветами.
– Ты обещал ее ждать до первого дня весны.
«Обещал!»
Заметалась искорка, закружилась по комнате – и зло ей было, и страшно, и хотелось орать от бессилия. Зашипели магические светильники, начали потрескивать – да только никто не обратил на это внимания.
– Забудь, – ровно произнес Владыка. – Я позвал ее и попрощался, и получил ответ. Неволить ее я не буду. А ещё две недели я не продержусь. Мой народ, мой долг, Четерии.
Он вздохнул, перевел взгляд на клумбу с алыми розами – ещё цвели они, помнящие руки красной принцессы.
И он помнил.
– Не зря все так случилось. Мать ведь давно дала мне знак, сделав тебя Владыкой. Есть кому держать возрожденные Пески, есть кому править. Не нужно было мне медлить.
Чет, стоя рядом с ним – друг глядел в темнеющий сад – примерился к шее. Там есть точка. Нажать – и проспит Нории несколько дней. И можно пока слетать в Рудлог, найти упрямейшую на Туре деву с душой воина и похитить ее ещё раз. А здесь запереть их в покоях, пока не поговорят.
– Не стоит, Четерии, – не глядя на него, сказал Нории. И улыбнулся. От него веяло смертью. – Я запрещаю тебе мешать мне.
Четери взвыл, вцепился крепкими пальцами в подоконник и выломал его от злости и бессилия.
– Глупец! – рявнул он, отряхивая руки от древесной крошки.
– Девять Владык не пожалели своих жизней, чтобы мы могли жить, – укоризненно проговорил Нории, – а я слишком любил свою, чтобы поступить правильно. Ты знаешь, что так нужно.
– Послушай, – резко позвал его Чет, схватил за плечо, повернул к себе.
– Нори-эн. Я старше тебя, моей жизни осталось меньше. Дай мне заменить тебя.
Нории покачал головой.
– У тебя Светлана, сын и ученики, – объяснил он мягко. – Твои корни для жизни. У меня никого. Прости, брат, но платить не только твоей, но и их судьбами я не буду. Это только мой долг. Я не зря все это время учил тебя тому, что знаю сам. Я оставил дела Ветери – он сможет управлять городом до появления новых Владык.
