– И я, – сказал боевой полковник заторможенно. – У меня вообще все мысли выбило, Малыш. Кроме одной.
– Даже догадываюсь какой, – едва слышно, чтобы не развлекать окружающих, проворчал Тротт. – То же самое, дружище. Ошеломляющая женщина, да? Не знаешь чего больше хочется, попробовать ее энергию или ее саму…
– Тихо, – строго цыкнул полковник. – Это все-таки моя королева, дружище. Не смей оскорблять ее, иначе придется вызвать тебя на дуэль.
Макс мог бы искренне сказать, что он вовсе не оскорблял, а наоборот, выразил свое восхищение, но посмотрел на хмурое лицо друга и промолчал.
А спросил другое.
– Как ты вообще предполагаешь с ней общаться, если едва сейчас не сорвался?
– Не знаю, что это было, но все же прошло, – сухо сказал Михей. – Укреплю щиты на всякий случай, ты мне поможешь. На несколько минут точно хватит. Ты, если хочешь, уходи, Макс, я все понимаю и сам бы сбежал, но теперь уже не могу, к сожалению.
– Будто я могу тебя оставить, – буркнул Макс и оглянулся в поисках официанта.
Сейчас было бы очень не лишним промочить пересохшее горло.
Бал продолжался, и Максу удалось даже немного расслабиться. Ее величество с мужем большей частью находились в королевской ложе, удалившись туда после первых трех танцев, и изредка милостиво принимала приглашения кого-то из высших аристократов. Её аура совсем успокоилась и никаких признаков агрессивности не проявляла. Можно было бы и забыть о произошедшем, если бы не хорошо просевший резерв и отголоски недавнего страха.
К концу вечера королева с супругом удалились, и стало понятно, что сегодня на общение с ее величеством рассчитывать нечего. Но Михей, поймавший-таки для разговора нужных людей, выглядел вполне довольным и без этого. К тому же через полчаса после ухода монаршей пары к нему подошел секретарь ее величества и сообщил, что завтра, в семь утра, королева ждет его в кабинете.
Нужно было выспаться, чтобы не общаться с правительницей заплетающимся языком, и полковник ушел в выделенные им покои.
Без друга Макс быстро заскучал – все же ужимки прелестниц были для него куда менее ценны, чем общение с близким человеком. Инляндец потанцевал еще немного, получил несколько недвусмысленных предложений касательно предстоящей ночи, сделал вид, что не понял, и ушел от духоты и шума прогуляться по дворцовому парку. После яркого огня Ирины Рудлог все женщины казались слишком пресными.
