В любом случае нужно выйти на береговую линию.
Вот наймет лодку – и уйдет обратно на Туру. Дальше Охтор справится сам, а он, Макс, выждет несколько дней, порешает дела наверху и вернется. Главное, чтобы беловолосая дар-тени, если она существует, выжила в лесу эти дни. Если выживет – он ее обязательно найдет.
* * *Мартин, Тура
– Растешь, Малыш, растешь, – шептал Мартин фон Съедентент, любовно распутывая вязь троттового щита. Руки и пальцы взломщика двигались почти как у танцора или безумного дирижера.
Он чуть раскачивался, улыбаясь, словно от поглаживаний желанной женщины, а уж удовольствие испытывал такое, что Вики впору было ревновать. Впрочем, она не стала бы – они все были больны магией.
Мартин удовлетворенно хмыкнул, отстранился от огромного купола, присел и пижонистым движением острием ладони очертил от земли арку в свой рост. В вечерней тьме контуры ее засияли белым, по щиту от места повреждения покатились перламутровые волны.
– Но до меня тебе ещё далеко, – торжествующе хмыкнул блакориец и тряхнул волосами.
Подумал и все-таки признал:
– Как и мне до тебя в других областях.
Барон сделал шаг вперед, отключил сигналки. И приступил к потрошению второго слоя защиты.
Дверь в дом тоже пришлось взламывать – Тротт поставил еще и глушилку на перемещения, так что просто телепортироваться внутрь возможности не было.
– И не сказать, – бормотал придворный маг Блакории себе под нос, аккуратно «подцепляя» кулаком, как магнитом, систему замка и проворачивая, – что я не понимаю: раз ты так закрылся, то гостей точно не ждешь.
Но ведь помрешь, дурак гениальный, в своей лаборатории.
Замок вдруг полыхнул огнем, и Мартин выругался, глядя, как пламя растекается по его щиту.
– Параноик рыжий, – сплюнул он, подождал, пока охранка выдохнется, и потянул дверь на себя.
В доме было тихо и темно. И пахло как-то… Мартин насторожился. Нежилым пахло.
Он заглянул в гостиную – свет и там не горел, и барон включил его.
– Макс! – позвал он громко, двигаясь к лаборатории.
Оттуда не доносилось ни звука. И дверь была заперта.
Блакориец помялся, чертыхнулся и принялся довольно привычно уже взламывать вход."
"Через десять минут неповрежденная дверь – тут Мартин превзошел сам себя – открылась, явив пустое, темное помещение. В котором Тротта тоже не было.
– Что за ерунда? – удивился барон, заглядывая за створку – будто природник мог прятаться там, чтобы разыграть его. Прикрыл дверь, вернулся в гостиную.
