– Люджина? – виновато позвал он.
– Пить хочу, умираю, Игорь Иванович, – сонно объяснила она. – И вставать неохота.
И он почти радостно сбегал на кухню, принес ей воды – и лежал на спине на самом краю, и слушал в сумраке, как она пьет. Капитан поставила стакан, зашевелилась, подползла к нему, тихо обняла – и заснула.
А он не сразу заснул. Все прислушивался к ее дыханию, гладил ей живот и удивлялся – как, как же ему могло так повезти?
* * *Люк, понедельник
Несколько часов после возвращения в замок Вейн и разговора с Леймином его светлость провел в кабинете, категорически запретив кому-либо заходить.
Люк думал – и в раздражении отбрасывал одно решение за другим.
Проигнорировать требование Луциуса? Он выполнит свою угрозу не моргнув и глазом. И Марина действительно сорвется сюда с требованием жениться – но в ее памяти муж навсегда останется слабаком, который позволил сделать ей больно. Не защитил. И если уж он сам так отреагировал на факт слежки, то в какое же неистовство придет Марина? И обвинит его, обязательно.
Да он, и правда, виноват – расслабился, не приказал проверить берег, не захотел, чтобы там присутствовала даже собственная охрана. Чтобы хоть кто-то, хоть краем глаза увидел его женщину.
Теперь вот расплачивайся, Кембритч.
Выкрасть Марину, доставить в часовню и поставить перед фактом? Она, конечно, упрется, разозлится, и придется заново тщательно выстраивать отношения.
Хорошо. А если не красть? Сделать все красиво. Позвать к себе – а он сумеет ее уговорить, – напоить вином, залюбить до отсутствия мыслей и предложить романтическую авантюру? Здесь вероятность согласия, конечно же, выше, но если откажется – останется только все же признаться во всем и жалко просить ее содействия.
Разве может он себе это позволить?
– Зацепить Луциуса… зацепить… – Люк в очередной раз матерно выругался в адрес короля, – чем зацепить-то?
Если даже угроза обнародования информации про королеву Магдалену и ее проклятые награды Инландера не испугала? Сказать ему, что о его шантаже узнает мать? Смешно.
Его величество легко переступит и через любовницу, и через всех шестерых богов, если они будут стоять на его пути.
Люк, как всегда при мысли об отношениях матери и короля, поморщился и поспешно переключился на дальнейшие размышления. Касайся нынешняя проблема кого-либо другого, не Марины, он бы рискнул взяться за любой из вариантов. Но с ней цена ошибки слишком велика.
