— Напряжение мгновенно отпустило Кормака и, повалившись на спину, он тихо засмеялся, а Элспет нахмурилась: — Я ожидала любой твоей реакции на эту новость, но только не такой. Я надеялась, что прежде всего ты будешь рад, — добавила она дрожащим голосом, готовая расплакаться.
— О, ангел мой, я ужасно рад, но если бы ты только могла представить, о чем я подумал, когда ты заговорила о своем секрете… — Он усмехнулся и покачал головой.
— И о чем же ты подумал?
— Что у тебя был любовник, пока мы были в разлуке. Кормак почувствовал, что Элспет едва не задохнулась от ярости, и быстро обнял ее, когда она попыталась соскочить с кровати.
Он заохал от ударов, посыпавшихся на него, и крепко прижал Элспет к себе. Такая ярость жены только обрадовала его. Эта женщина, безусловно, считала своим долгом хранить верность любимому мужчине.
— Как ты мог подумать такое обо мне? — спросила она с болью, сменившей ярость.
— Постарайся меня понять. Дело в том, что я очень обидел тебя, когда предпочел другую женщину, и, учитывая твою страстность, боялся, что ты, ослепленная гневом, начнешь безрассудно искать утешения с кем-нибудь другим.
При этом я говорил себе, что не имею права осуждать тебя.
Он произнес последние слова так, будто они душили его, и Элспет усмехнулась:
— Это помогло?
Кормак вздохнул и прижался лбом к ее лбу.
— Нет. Я только надеялся, что ты не скажешь мне имени этого человека, иначе я убил бы его.
Элспет поцеловала Кормака в губы.
— Бывали ночи, когда мной одолевало такое острое томление, что я не знала, как избавиться от него.
— Мне хорошо знакомо это чувство. — Кормак усмехнулся, когда она подозрительно сузила глаза. — Я терпел это… один, ни к кому не обращаясь.
— Я тоже никого не искала, зная, что это состояние скоро пройдет. — Элспет протянула руку и коснулась щеки Кормака. — А что ты скажешь по поводу нашего будущего ребенка?
Кормак встал перед ней на колени и поцеловал ее пока еще плоский живот, затем погладил его, глядя ей в глаза.
— У меня нет слов, чтобы выразить свою радость, ангел мой.
— Этого вполне достаточно.
— А твоя мама знает?
— Да, и она не видит в этом ничего страшного. — Элспет села в постели и поцеловала Кормака. — В нашей семье многие женщины обладают умением врачевать, и, когда придет время рожать, они все приедут сюда.
Кормак закрыл глаза, продолжая крепко обнимать Элспет. Ее слова успокоили его, однако он чувствовал, что в будущем успокаивать его придется еще не один раз.
— Я люблю тебя, Элспет.
