— Свидетелем чего? — спросил Уильям осипшим голосом.
— Ее вероломства. — Кормак почувствовал, что окончательно опьянел. — Она призналась. Я и четверо Дугласов все слышали и видели. Она уже не показалась мне красивой с членом Кеннета в ее жадной глотке. Боже, я уже и не знаю, что меня больше расстраивает — то ли то, что она обманывала меня столько времени, а я по глупости верил ей, то ли то, что теперь каждый из вас может упрекнуть меня, сказав: «Я же предупреждал тебя». — Кормак уже не мог держать глаза открытыми.
— О, Элспет, ангел мой, прости меня, — прошептал он и упал лицом на стол.
Уильям вздрогнул, когда голова Кормака с громким стуком ударилась об исцарапанную грязную крышку стола.
— Надо отнести его в постель, — предложил он.
— Отчего он так напился? — спросил Алистер. — Он редко бывает пьяным.
— Что-то связано с Изабель, Дугласами и сэром Кеннетом. Он также упоминал какую-то Элспет. Думаю, наш глупец наконец-то понял, кем является Изабель. Как бы то ни было, чтобы узнать, о чем идет речь, надо подождать, пока он не протрезвеет.
Учитывая, насколько Кормак пьян, вероятно, потребуется несколько дней, чтобы он окончательно пришел в себя.
— Меня беспокоит, что он так напился, узнав правду об этой шлюхе, — сказал Алистер.
— А что бы ты сделал, узнав, что потратил десять лет жизни на какую-то дрянь? — Уильям укоризненно кивнул, когда его младший брат и кузены поморщились. — Хотя, думаю, дело здесь не только в этом. Нутром чую, главной причиной является эта Элспет. Впрочем, нет смысла гадать.
Сейчас мы уложим его в кровать и будем молиться, чтобы к утру он протрезвел и смог говорить.
Кормак проснулся, но продолжал тихо лежать с закрытыми глазами, еще не представляя, сможет ли открыть их. Он чувствовал последствия огромного количества выпитого пива, которое, казалось, пропитало все его жилы и мышцы, добравшись до самых костей. Проблема заключалась в том, что ему ужасно хотелось облегчиться, но голова раскалывалась от боли. Он попытался подняться, но безуспешно и понял, что вчерашнее пьянство дорого обойдется ему.
— Принести тебе горшок? — раздался знакомый голос. Медленно открыв глаза, Кормак сощурился от резкого дневного света.
— Это ты, Уилл?
— Да. Давай я помогу тебе сесть. Алистер ушел за лекарством для тебя.
Когда Уилл помог ему сесть, Кормак приоткрыл глаза чуть пошире. Сделать свои дела оказалось не так-то просто, потому что его мутило и голова кружилась. Затем, поблагодарив Уилла за помощь, он снова повалился на постель.
