Может быть, что-то из исподнего Софьи действительно уволокли, но я уже сомневалась, потому что размер был все же не точь-в-точь, откровенно — белье великовато, но было удобно, нас обеих все устроило и настроение скакнуло вверх. Платье я надела прежнее, обувь, присланная Ветлицким, оказалась впору, замысловатая, но элегантная прическа, на которую ушло чуть больше времени, чем вчера, и я была готова покорять… бесить свое окружение.
Мое утро тоже становилось ритуальным, впрочем, и день предстоял такой же.
Все то же самое, что и вчера, с двумя значительными отличиями: в дортуаре было теплее, ненамного, но девочки не были такими синенькими, и светящиеся полоски в молитвенном зале горели в разы ярче. Я, пользуясь возможностью, внимательнее смотрела по сторонам. Воспитанницы уткнулись в книги, Миловидовой не было, но учителя не все присутствовали на молитве и ее отсутствие никого не удивило, а я задавалась вопросами, как она и что именно влияет на ее состояние — падение или перебор с алкоголем.
Софья пнула меня и высказала, что я ей мешаю.
После молитвы вынесли серебряные подносы с крохотными слойками, политыми медом и посыпанными орехами. Софья сообщила, что сегодня день Изабеллы Кормилицы, приютившей однажды странников и испекшей из горсти муки много хлеба. Девочки смотрели на выпечку с вожделением, но не толпились, не толкались, стояли покорно и терпеливо, и только взгляды выдавали, как же им хочется немного вкусного.
Слойка и правда таяла во рту, и, увы, ее было издевательски мало, она была размером с макарон.
А детям нужна глюкоза, подумала я — и следом вспомнила про Аскольда. Ему не привыкать быть у меня на посылках, а что он еще покупает и кому? Книжки старшеклассницам? Вино Миловидовой? Яд?..
Когда я возвращала молитвенную книгу на место, в мою ладонь что-то ткнулось — легкое и безвредное. Бумага? Записка? Я обернулась, но мимо проходили старшеклассницы, и было уже невозможно понять, кому из них понадобилось либо меня о чем-то предупредить, либо пригрозить чем-то.
Запихав записку под манжету, я собрала своих девочек, пропустила вперед старшие классы и повела малышек на завтрак.
Я полагала, что в честь праздника воспитанниц побалуют и здесь, но нет. В столовой было еще и адски холодно — отличный способ заставить людей меньше есть, зло подумала я, жаль, что я не додумалась до этого раньше, гости бы никогда не засиживались.
