Видимо, как-то умудрился стащить его во время тренировки.
В камере воцарилась гробовая тишина.
– Ахига… – прошептал Инео. Его пальцы затряслись от ужаса. А в голове все громче и громче звучала какофония разных голосов.
«Это ты виноват в смерти матери!»
«Мерзкий бастард!»
«Ты не достоин быть членом нашей семьи!»
«Дитя войны».
«Проклятие рода».
«Он изнасиловал меня. А я его убила».
Фенрис убрал руку с плеча Ахиги, и он рухнул на колени, все это время не сводя глаз с Инео. В его взгляде не было осуждения, одна только грусть.
– Ну ты и начудил, парень, – сказал он еле слышно, и его слова на мгновение заглушили голоса в голове.
Инео смотрел на друга сквозь пелену слез.
В коридоре раздались быстрые шаги нескольких пар сапог.
Когда Ахига завалился на бок, Инео заметил на земле среди кучи опрокинутой вместе со столом еды сломанную кость от бараньего ребрышка. Не осознавая до конца, что делает, Инео в считаные секунды нагнулся, схватил кость, подлетел к Фенрису и со всей силы воткнул острый конец ему в шею.
Тот схватился за горло, издав булькающий звук, а потом рухнул наземь. Несколько секунд предсмертной агонии, кровь фонтаном пульсирующая из раны, и Фенрис затих, уставившись в потолок потухшим стеклянным взглядом.
Дверь в темницу распахнулась.
– Что тут за шум… – Хван не договорил, когда его взгляд упал на лежащих на полу мужчин. – Какого демона здесь произошло?
– Это все Инео! Поднял шумиху из-за девки и убил Фенриса, – возмутился Лирай.
– Ты совсем ополоумел? – прогремел Хван и подлетел к Инео, ударив того кулаком в челюсть.
Инео даже не попытался защититься. От силы удара он не устоял на ногах, а во рту появился металлический привкус. Он продолжал смотреть на Ахигу, который зажимал руками рану, борясь за жизнь из последних сил. Еще совсем недавно он благодарил его за подаренную надежду. Теперь Инео ее отобрал…"
"Голоса в голове сменились ревом бушующего океана. Солоноватый вкус крови напоминал морскую воду, а легкие сдавило так, что он не мог вздохнуть полной грудью.
Инео попытался встать, чтобы помочь другу, но тут же получил удар сапогом по печени.
– Даже не мечтай о свободе, – услышал он словно сквозь толщу воды, прежде чем провалиться в забытье.
Глава 24
Ноябрь, 1136 г. со дня Разделения
Инео находился в плену страшных кошмаров. Тонул в бескрайней морской пучине, захлебываясь соленой водой. Вокруг стояла непроглядная тьма, а барабанные перепонки разрывало от рева разыгравшейся стихии и криков погибающих моряков.
