Тина напрягла мышцы живота от щекочущих прикосновений. Закария сосредоточенно прикусил губу и водил кистью по коже медленно и аккуратно, словно боясь допустить ошибку в такой простой руне."
"Закончив рисунок, он отложил кисть, склонился над грудью Тины и начал дуть на кожу, чтобы чернила быстрее высохли. Она прикрыла глаза и с трудом сдерживалась, чтобы не притянуть его к себе для поцелуя.
– Вот и все, – сказал он и опустил ткань ее сорочки. – Теперь я должен произнести традиционную брачную клятву.
Тина села и обняла его за плечи.
Закария прочистил горло и начал говорить с такой нежностью, что ее сердце готово было разорваться на части:
– Пусть любовь моя станет силой твоей. Пусть сердце мое станет домом твоим. Пусть душа моя станет родственной для души твоей. Ты моя, а я твой.
За окном стемнело, но в тусклом свете лампы Тина видела, как блестят его глаза.
Она поцеловала его в губы и сказала:
– Теперь моя очередь.
Закария кивнул.
– Где хочешь нарисовать руну? – По его лицу скользнула тень.
Тина с тоской оглядела его тело, покрытое бесчисленным множеством татуировок, которые свидетельствовали о том, что все это – лишь игра. Закария никогда не будет принадлежать ей.
С трудом проглотив горький ком в горле, она попросила:
– Повернись спиной.
Закария повиновался. Его лицо помрачнело, словно он прочел мысли Тины и понял ее боль. На его спине было меньше татуировок, и Тина погладила ладонью участок чистой кожи между лопатками. Почти там, где была руна на ее груди.
Рядом с сердцем, только со спины.
– Я оставлю ее здесь, – шепнула она ему на ухо. – Ты ее не увидишь. Так же как не будешь видеть меня, когда покинешь Арден. – Одна непослушная слеза капнула ему на плечо. – Возможно, мы никогда больше не увидимся, но я надеюсь, что наши чувства хоть и будут незримы, сохранятся в наших сердцах.
Закария сидел неподвижно, но Тина готова была поклясться, что услышала рваный вздох. Она поцеловала его спину и на месте поцелуя начала выводить руну.
Закончив рисунок, она произнесла клятву:
– Пусть любовь моя станет силой твоей.
Пусть сердце мое станет домом твоим. Пусть душа моя станет родственной для души твоей. Ты мой, а я твоя.
Закария повернулся к ней и заключил в нежные объятия. Тина провела пальцем по кольцу в его губе, очертила шрам, пересекающий бровь.
– Мы должны скрепить наши клятвы помимо брачной руны?
Его губы растянулись в несмелой улыбке.
– Да.
– Как?
– Мы должны провести брачную ночь.
