Но меня предал близкий человек, и теперь Артуру известно, кому подчиняется «Черная роза». – В его голосе слышалась горечь.
– Чего ты хочешь от меня, Тристан? – спросила Аврора, сдерживаясь из последних сил.
– Взаимопомощь. Я буду поставлять вам всю информацию о планах Артура, а вы постараетесь разумно ее использовать и не развязать войну. Может, я и сволочь, Аврора, но против кровопролития ради какого-то клочка земли.
– Почему ты не сообщишь о злодеянии Артура отцу? Или Алан заодно с ним?
Тристан наконец-то отпустил ее, и она с облегчением выдохнула.
На коже, где он сжимал ее плечи, явно останутся синяки. Он подошел к столику и налил себе вина.
– Дело в том, что о причастности Артура к смерти Рэндалла знают всего пара человек. Если Алан узнает, Артур сразу догадается, кто его предал. Он имеет большое влияние. И даже из темницы дражайший братец найдет способ отомстить мне. – Он опрокинул в себя содержимое бокала и даже не поморщился. – Мне правда очень жаль, что все так получилось, Аврора.
Я понимаю твой гнев, но моя жизнь мне тоже дорога. Поэтому ты либо согласишься стать моим союзником, либо отправишь меня на верную смерть и развяжешь войну.
Тристан прав. Пусть он врал ей и в действительности был заодно с Артуром, заявление о его преступлении могло пошатнуть хрупкий мир в Ардене. К тому же Аврора не знала, как воспримет эту новость король. Будет ли судить сына за братоубийство или ему плевать на смерть Рэндалла?
В сознании всплыл разговор с Тиной в ночь перед отъездом из Колдхейма.
Ее справедливый честный дядя покрывал преступления любимого первенца. И предъявлять обвинения кронпринцу было слишком рискованно. Аврора это понимала. Разумом. Но сердце обливалось кровью от осознания несправедливости.
Она взглянула на свои пальцы, где больше не было обручального перстня с черным камнем, и это стало последней каплей.
– Он должен был жить, – всхлипнула она. – Он никому из вас не желал зла и не хотел войны. Он должен был жить… быть рядом со мной…
Тристан подошел к ней и заключил в крепкие объятия.
У нее не было сил сопротивляться, и она уткнулась лбом ему в грудь, беззвучно зарыдав.
– Поплачь, маленькая княжна, – утешал ее Тристан, поглаживая макушку. – Поплачь, сестренка. Обещаю, что помогу тебе справиться с этим дерьмом, только, пожалуйста, верь мне.
Глава 21
Апрель, 1136 г. со дня Разделения
В маленькой комнатушке было непривычно холодно, несмотря на теплую апрельскую погоду за окном.
