Она перенесла столько боли, что уже ничего не могло ранить ее сильнее.
Тристан встал из-за стола, медленно подошел к Авроре и одним резким движением развернул ее стул. Она испуганно вскрикнула, но Тристан не обратил на это внимания, а в следующий миг и вовсе обескуражил ее, когда опустился перед ней на корточки.
– Аврора, смерть твоего мужа была подстроена, – на одном дыхании вымолвил он, и на его лице отразилась неподдельная грусть.
На мгновение очертания комнаты расплылись у нее перед глазами, а внутренности завязались в тугой узел.
– Что ты сказал? – Она не узнала собственного голоса.
Тристан облизнул нижнюю губу и очень тихо заговорил:
– Письмо Холланда о болезни короля Эласа подменили. Корабль Рэндалла был поврежден в ночь перед отплытием. Сразу после контрольной проверки на исправность. А даже если бы корабль уцелел в шторме, на Востоке Рэндалла ждала бы погибель. Те, кто вынудил его покинуть Арден, делали это с одной целью – избавиться от него и внести смуту в Совет правления Арденом. – Тристан судорожно перевел дыхание и понурил голову.
– Мне жаль.
Аврора чувствовала, как в ушах нарастает гул, а перед глазами все помутнело от навернувшихся слез.
– Кто? – только и сумела спросить она.
Тристан продолжал сидеть на корточках и пронизывать ее своими черными как ночь глазами, в глубине которых плескались боль и гнев.
– Артур, – на выдохе ответил он так тихо, что Аврора не услышала, а прочла ответ по губам.
Она думала, что когда-нибудь оправится от горя. Верила, что время залечит раны от потери, как это случилось с отцом, а потом и с матерью.
Она училась жить дальше с осознанием того, что Рэндалла больше нет, что его забрал к себе Единый.
Но все оказалось гораздо хуже. Его забрали у нее обманом. Он должен был радоваться жизни, видеть, как растет их сын, править народом, как ему было предначертано судьбой. Рэндалл должен был жить.
– Король Алан знает? – еле выдавила она из себя.
Тристан поднялся и направился в сторону окна.
Аврора неотрывно следила за ним, глубоко дыша, используя технику, которой обучил ее Закария.
Это давало ей возможность сохранять хладнокровие.
– Алан ничего не знает, – угрюмо отозвался Тристан, прислонившись лбом к холодному стеклу. – И не узнает…
– Что это значит? – Аврора встала с кресла и решительным шагом приблизилась к Тристану. – Он должен судить Артура за братоубийство по закону. Иначе арденийцы поднимут восстание.
Тристан обернулся к ней и нервно протер ладонью рот.
– За этим я и пришел, Аврора.
