Я не могла уже размышлять о том, как же это неправильно, когда твердые губы моего преподавателя жадно синают мои, а после скользят по нежной коже ниже, оставляя на шее поцелуи-укусы. И я вздрагивала от каждого из них.
Все было совсем не так, как в прошлые разы.
Огонь тек по венам выжигая здравый смысл. Он словно сладкий яд передавался мне от магистра и все, что я могла это растворяться в пламени, зажженном мужчиной. Тихо постанывать от смелых прикосновений, внутренне замирать от страха, замешанного на предвкушении, когда его большие руки скользили по моему телу.
Еще почти невинно, но уже так многообещающе комкая ткань платья, что я отчетливо понимала – эта обманчивая сдержанность с Реем надолго не останется.
И я не смогу его остановить. Или не захочу?
Потому что мне отчаянно хотелось забыться, отдаться в чьи-то руки и позволить все решить. Не думать хотя бы здесь, хотя бы сейчас!
Но магистр оказался гораздо более сдержанным. его прикосновения с каждой секундой становились все более осторожными, ласкающими и я ощутила, как он аккуратно подтаскивает вверх ворот моего платья, сдернутый минутой ранее.
Как бережно застегивает пуговички, что столь нетерпеливо расходились под его пальцами не так давно. Целует уже не с иссушающей жадностью, а скорее с нежностью, настолько пронзительной, что это туманит мозг вернее всякой дикой страсти.
Наконец он отрывается от моих горящих губ и прислонился лбом ко лбу.
– Ты моя дурман-трава, Адель. Вроде бы ничего не хотел делать, а словно в юности не могу держать себя в руках.
Ходячий рыженький соблазн.
Я поерзала на коленях у мужчины, куда меня оказывается уже успели затащить. Он сдавленно зашипел, подхватил меня и пересадил на скамейку рядом. Окинул голодным, горячим взглядом и пересел на стул возле рабочего пространства, установленного травами. Еще раз на меня посмотрел и потянулся к графину с холодным чаем, принесенным домовым, казалось столетие назад. Время текло так медленно, и одновременно быстро…
– Налей мне, пожалуйста тоже, – попросила я, мимолетно удивляясь тому как низко звучит мой голос.
Магистр наполнил второй бокал и подошел ко мне, передавая из рук в руки. Наши пальцы столкнулись, и внезапно выругавшись, Рей рывком заставил меня встать, прижал к своему телу и поцеловал. Медленно, очень откровенно, словно одним этим действом показывая, чтобы он еще хотел со мной сделать. У меня ослабли колени, и неизвестно не сползла бы я на пол, если бы магистр не стиснул мою талию.
