И заявит, что впервые слышит о таком конфузе!
– Не расскажешь почему она вообще так себя ведет? Что мне стоит ожидать с ее стороны.
– Нет, Адель, не расскажу. Тем более, что проблем Эва больше не доставит, – красивое лицо магистра, словно набежала тень. – Не люблю распространяться о прошлом. Тем более незначительном.
Я кивнула, а после встала, одернула платье и все же решилась сказать:
– Я опасаюсь, что она начнет распускать слухи по академии. Нет, это очевидно, что про нас бы узнали, но если сплетни распускает конкретный злопыхатель, то они могут стать гораздо более грязными, чем любая правда.
Рей шагнул ко мне, и привлек к себе преодолевая сопротивление. Вновь попытался склониться к моим губам, видимо избирая самый надежный способ закрыть мне рот и сбить с мыслей. Но меня уже было так просто не взять!
Я отшатнулась, и воскликнула:
– Не нужно! Лорд Рейвенс, мы не на людях и уже можно не изображать ничего лишнего.
Может хоть официальное обращение по титулу его в чувство приведет? Хотя судя по порывам, с чем-чем а чувствами, у инквизитора никаких проблем не было.
Ему бы в разум вернуться!
– А я для себя, – вновь сверкнув своими темно-зелеными, колдовскими глазами сказал мужчина.
Почему-то вот это стало последней каплей в чаше моей усталости. Даже от магистра с одной стороны помощь, а с другой усложнение моей ситуации!
Влюбленность прекрасна, никто не спорит.
Если кроме нее у тебя нет других проблем. Если встретив великолепного, высокородного герцога ты можешь с полной самоотдачей метаться между своими представлениями о правильном и неправильном.
Страдать на каком именно свидании уместно целоваться. Переживать о том, какие у него на твой счет могут быть планы. Мечтать о герцогской короне, а в следующий момент пропадать в уничижениях, так как кто он и кто ты.
Это все чудесно. Если через две недели твоя смерть не стоит в планах темной ведьмы. Если тетушка не точит зубы на твое состояние. Если на кону стоит твоя самостоятельность.
В этом свете влюбленность видится скорее дополнительной проблемой, а не решением оных.
– А для себя – тем более не нужно! Ты сам сказал, что все выходит из под контроля и заходит слишком далеко!
Несколько секунд он смотрел на меня. На сжатые в кулаки ладони, на лихорадочно сверкающие глаза… А после забрал у меня по прежнему полный бокал, и достал из-за пазухи фляжку. На этот раз другую, несколько меньше! Отмерил ровно колпачок какого-то тягучего бальзама, остро пахнущего специями и вишней. Налил в стаканчик.
