Напрасно Андрей Владимирович уверяет, что даже не знает имени шантажистки… Нет, Рита нагло говорит:
– Плати, а то худо будет.
Чванов уже совсем собирается послать обнаглевшую бывшую жену на три буквы, как та сообщает:
– А то расскажу все о Нике. Кстати, недосуг было тебе сообщить, у меня имеются потрясающие доказательства ее вины.
– И какие же?! – обалдевает Чванов.
– Видеокассета, например, – бросает Рита.
Это чистый блеф, но профессор напуган и готов вновь отдать любые деньги, чтобы обезопасить дочь.
Часы показывают полтретьего ночи. Назарова только что вернулась из гостей, из Ложкина, где на нее налетел обезумевший от ревности Рифат Ибрагимов… Но Чванову наплевать на время.
– Сейчас приеду, привезу деньги, готовь кассету, – говорит он.
Рита довольно хихикает. Ровно без пяти три раздается звонок. Зная, что это Чванов, Назарова распахивает дверь, не глядя в глазок. Но на пороге стоит озлобленный до последней стадии… Рифат Ибрагимов, пришедший покарать гадкую бабу.
Рита в ужасе бежит к себе, Рифат за ней. Стаффы, великолепно знающие Ибрагимова, думают, что это игра… И тогда мужик убивает сначала собак, а потом и бывшую жену. Рифат решил просто: если мне не досталось, то и другой не получит. При всей своей образованности и денежности Ибрагимов обладает менталитетом пещерного жителя. Ему везет. Он уходит незамеченным. Консьержка на тот момент мирно спит. Чванов, приехавший буквально через пятнадцать минут после убийства, не смог даже попасть в подъезд.
Лифтерша дрыхла без задних ног, а Рита, естественно, открыть не могла.
– Но она же, лифтерша то есть, утверждала, будто видела, как в три выходил из квартиры Каюров. Михаил говорил, что в два, а тетка настаивала:
– Точто знаю: три, часы перед носом!
– Мы тоже сначала не разобрались, – ответил полковник, – а потом сообразили. Именно в эту ночь осуществлялся переход на зимнее время. Каюров переставил стрелки, а консьержка нет. Вот и получилось, что оба говорили правду.
Михаил и впрямь пришел к Назаровой. Открыл дверь своим ключом. Он хотел потолковать с Ритой об их будущих планах наедине. Но Риточки дома не было, мобильный она забыла в гостиной, позвонить ей Миша не мог. Каюров подождал час, а потом ушел. Он-то великолепно знал, что Назарова способна гулять ночь напролет. Но ему, человеку бизнеса, утром рано вставать…
Каюров спокойно уходит и даже кивает консьержке. Та смотрит на часы – три.
