– Тогда я тоже рухну с дерева, – мгновением позже девичья фигурка в камуфляже глухо плюхнулась в пружинящую подстилку из сосновых игл рядом с подъесаулом. Добрые пять, а то и десять минут они валялись рядом, как кукольные Кен и Барби, не в силах пошевелить затёкшими членами.
– Ой!
– Что?
– Ой!
– Я говорю, что случилось? – Казак с хрустом изогнул шею.
– А я говорю, таки ой! – плаксиво призналась Рахиль. – У меня две иголки в неприличном месте… и больно так, что я сейчас умру!
– От этого не умирают…
– Ваня, да тьфу на вас! Чтоб вам три иголки туда вонзились, а плоскогубцев под рукой не было! Чтоб вы были похожи на ёжика, а ёжиков в казаки не принимают! Чтоб…
– Ладно, чёрт с тобой, сейчас вытащу, – сдался подъесаул, кое-как разворачиваясь в нужную сторону.
– Повернись ко мне. Да не лицом!
– А таки чем?
– Рахиль… – сдержанно зарычал побуревший подъесаул. – Лучше не зли меня, мне и так из твоей задн… в общем, эти иголки зубами выдёргивать!
– Чем?! – с ужасом переспросила израильтянка, замерев в нужной позе.
– Чем, чем… у меня руки свело! Но… если ты… (тьфу, одна есть!) хоть кому-нибудь… (тьфу, две!) про это расскажешь… (не дёргайся, тут ещё одна, тьфу!). Всё… уф…
– Ваня-я, – с чувством выдохнула девушка. – Я вас даже поцелую, потом, при всех, если захотите.
– При ком… при всех?! – ахнул Иван.
– Казак Кочуев, – вежливо прокашлялся седой эльф, вырастая со стороны Рахили. – Прошу простить, если опять помешал. Я привёл помощь, но не мог знать, что вы опять захотите… Как говорил Линь По: «Двух чудных кроликов нескромно я заметил, и позы их не оставили сомненья в желании утроиться, и боле, многократно…»
Подъесаул застонал и начал биться лбом о землю.
Чьи-то заботливые руки подняли его, растормошили, усадили спиной всё к той же сосне и даже вернули запылённую фуражку. Высокий юноша неопределённого возраста, в чуть помятом костюме и очках на изящном носу, тепло улыбнулся Ивану:
– Ваш друг взывал о помощи, мы, разумеется, не могли отказать.
Наша община недалеко, за лесом, там стоят аккуратные палатки и царит умиротворение. Мы принимаем всех, и сердца наши открыты добру, как страницы Библии. А вы читали Библию?
Наверное, боль в затёкших мышцах ещё не прошла, только поэтому суровый казак не сразу разобрал, с кем имеет дело, а потому вежливо ответил:
– Читал, разумеется. А где Рахиль?
– Ваша знакомая? Ей тоже помогают.
