– Как бы сильно я ни любил мачеху, – отец говорит ровно то, о чем я подумал, – убил бы собственными руками за такое, именно потому что всю жизнь сходил с ума по этой женщине… а ты… ты пощадил?!
Вопрошает изумленно и я киваю. Отец прав. Сильные эмоции вызывают стремительные решения, будь на месте Лолы Надя…
Моргаю.
Если бы она допустила до себя своего недомуженька… не знаю, осталась бы она в живых после этого… думать об этом не хочу…
Когда я ее ненавидел, вернее, думал, что ненавижу, было легче ее иметь, наказывать, брать, подыхать, но все равно не отпускать…
Но когда все вскрылось…
И я бы узнал, что она спала с другим, потому что я стал виной всему…
Видит всемогущий, я бы наломал дров, но моя без вины виноватая девочка оказалась кристально чистой…
Мой дар небес.
Потому что с нравом Умаровых, с огнем, который течет у нас по венам вместо крови…
Черт!
Пути неисповедимы, верно говорят…
И сейчас я смотрю в глаза отцу и вижу решимость.
– Сын… я не знал… мне было все подано так, что ты загулял… что из-за девки пренебрёг женой, вернул ее с позором в дом отца, чтобы со шлю…
– Ты говоришь о моей женщине, отец! О матери моего ребенка! – повышаю голос и не даю Фахру закончить грязное слово, которое никак и никогда не может быть адресовано в сторону моей Нади.
Замолкает. Чувствую его злость. Бессильную. Лютую в сторону моей бывшей.
– Прости… прости…
– Ты помог Лоле провернуть все? Помог дело против меня сфабриковать?
– Каюсь, Баграт. Пошел на поводу у бабьих слез и заверений, хотел, чтобы ты о помощи просил, чтобы условия принял, остепенился и в семью вернулся, я не знал…
– Я тоже не знал, отец, что Надежда ребенка от меня ждала, она в клинику сходила к врачу, я до того, как сюда приехал, навестил достопочтенного гинеколога.
Все никак понять не мог, как до ушей Лолы дошло, что ребенок у меня будет.
Сложил два и два и в клинику наведался. Поговорил по душам и узнал, за сколько продали информацию и кому. Бывшая не только тебя окрутила, эта тварь расчетливая, как чертов стратег, всех обыграла.
Она сдружилась с врачихой в свое время, та ей и информацию дала…
Вот и козырь в рукаве Лолы.
– Зачем ей это, сын?!
Пожимаю плечами.
– Месть. Деньги. Положение, которого лишилась. Все слишком просто. Никак простить не могла, что выкинул шала… подзаборную, хотела, чтобы страдал и мучился… Она и добилась своего, помогла твоими руками, отец!
Опускает взгляд и комкает покрывало, которым укрыт.
– Все разыграла как по нотам.
