Папа солгал о смерти матери, так что я не была уверена, насколько его рассказы тоже были ложными. Тем не менее, Каморра на самом деле не была известна своими альтруистическими планами."
"Когда на горизонте показался Лас-Вегас, у меня свело живот и пересохло во рту. Больше десяти лет. Девочки, которая давным-давно покинула этот город, больше не существовало по крайней мере, я на это надеялась.
— Как долго? — спросила я приглушенным голосом.
Адамо сжал мою руку, но даже его прикосновение не успокоило меня.
— Десять минут.
Не хватало времени, чтобы подготовиться к тому, что ждало меня впереди. Теперь, приблизившись к своей цели, внутреннее спокойствие казалось мне недостижимым.
Через десять минут мы подъехали к Сахарнице. Я открыла дверь, вырываясь из хватки Адамо. Глубоко вздохнула, борясь с стеснением в груди. Один лишь вид неоновой вывески навевал воспоминания из прошлого, из дней и недель, предшествовавших тому, как Римо вернул меня отцу. Лас-Вегас был полон ужасных воспоминаний для меня. Но это был не единственный город.
Еще до того, как мы с мамой переехали сюда, она позволяла мужчинам, дававшим нам приют, жестоко обращаться со мной.
— Динара? — осторожно спросил Адамо, подходя ко мне.
— Я в порядке, — выдавила я, прежде чем он успел спросить.
Адамо взял меня за руку, и я позволила ему подвести меня к обшарпанной черной двери, ведущей в Сахарницу. Это был бордель, первое заведение такого рода, в которое я ступила с того рокового дня много лет назад, и место, которое определит мое будущее.
ГЛАВА 15
Адамо открыл дверь и придержал ее для меня. Я вошла в тускло освещенную прихожую с гардеробом и огромным черным вышибалой, сидящим за столом. Его глаза на мгновение сузились, прежде чем перейти на Адамо, и он коротко кивнул.
Адамо ничего не сказал, только натянуто улыбнулся мужчине и повел меня за собой. Мои ноги налились свинцом, когда я последовала за ним в бар Сахарницы, где клиенты могли выбрать шлюх и поболтать с ними, пока они не отправятся в одну из задних комнат для дела.
Сейчас здесь было почти пусто, если не считать темнокожего мужчины за стойкой бара, осматривающего местность. Для посетителей было еще слишком рано.
Я окинула взглядом красные кожаные кабинки, черный лакированный декор и танцевальные площадки с серебряными шестами. Цветовая гамма не изменилась, как и общая атмосфера заведения. Но теперь она казалась меньше и не такой пугающей. Для маленькой обезумевшей девочки из прошлого все казалось намного больше.
