— Мы заедем в художественный магазин, а после куда-нибудь позавтракать. А потом в больницу.
— Как скажете, Мария.
Я очень долго не занималась картинами. Вся моя жизнь как-то вдруг начала вертеться только вокруг Марка.
И сейчас понимаю, что чувствую волнение и восторг, когда хожу по огромному магазины, выбирая краски, кисти и холсты. Ведь это было моей жизнью!
Правда, я написала десятки, или, может, даже сотни, портретов Марка. О которых он не знал. Еще пока была влюбленной дурочкой и млела от восторга, когда Марк приезжал к матери.
Любовалась им через наш двор, ведь мы с бабушкой жили по соседству. Сходила по нему с ума.
Все верно. Моя жизнь уже тогда вертелась вокруг этого самовлюбленного красавца, который способен очаровать женщину одним взглядом!
А ведь я подавала большие надежды и у меня были прекрасные перспективы. Множество наград, меня приглашали на конкурсы на уровне не только столицы, но и Европы!
Был даже момент, когда мне предложили учиться в самой крутой художественной школе Европы. Это открывало просто сказочные перспективы! Работы гарантированно были бы выставлены в самых знаменитых галереях! Я собиралась уже ехать, но тут… Тут в мою жизнь ворвался Марк! И все стало уже неважным…
Вспоминаю наше первое свидание.
И как он первый раз меня заметил. Подошел поздороваться и поболтать. Боже! Я чуть в обморок тогда от счастья не упала! Отвечала невпопад и глупо улыбалась, как ненормальная!
Об этом нужно забыть. Отмахиваюсь от этих воспоминаний. Заставляю себя переключиться на идеи для будущих картин.
Виталий подал мне прекрасную идею! Почему бы и правда не начать выставляться в какой-нибудь галерее? Даже у него? Почему бы и нет? Я вполне способна реализоваться!
— О, Вит!
Машу рукой, когда мы останавливаемся у небольшого кафе, в котором делают самый вкусный кофе без кофеина. Зато с шоколадом и со сливками.
— Рада тебя видеть!
— Привет, красавица. Присоединишься?
— С удовольствием.
Геннадий хмурится, но я не обращаю внимания. Усаживаюсь за столик рядом с Виталием.
Пусть даже позвонит Марку и расскажет.
Мне наплевать. Я жена, в конце концов, а не заключенный в тюрьме. И то. Пока еще жена.
— У вас все хорошо с Марком? Вы поссорились? Никогда не видел его таким, как вчера. Да и ты вчера была… Сама не своя. Что у вас там случилось? Могу помочь?
— Нет, Вит. Спасибо. Все в порядке. Только бабушка заболела, и я измотана до ужаса. Но, к счастью, она уже пришла в себя. И Марк договорился с каким-то там светилом, чтобы сделать ей операцию.
