Так, что сталь его мышц сейчас просто расплющит мои ребра!
— Прекрати!
— И не подумаю!
Он снова набрасывается на мои губы таким жадным поцелуем, как будто готов сожрать.
От которого….
Кости выворачивает. Все бабочки внутри начинают хлопать крыльями. А сознание готово улететь и оставить меня без всякого здравого смысла!
— Марк.
Он наконец перестает терзать мой рот.
Но так же мощно прижимает к себе. Прижимается лбом к моему и дыхание у нас обоих срывается.
— Уходи, Марк. Я серьезно.
Все еще задыхаясь, бросаю ему в лицо.
Губами, которые все еще горят от самого безумного в моей жизни поцелуя.
Но…
Он выбрал не меня.
Зачем сейчас приехал? Я не знаю. Но если бы все его слова о том, что именно я для него важнее всего, были правдой, он бы не пропал. И не перестал бы меня замечать сразу же, как только в зале появилась Ирэн Шаповалова!
— Уходи. Может, тебя откуда-то выгнали, а? И ты поэтому здесь?
Злые слова обжигают мою собственную душу. Но они слишком похожи на правду.
— Я не хочу тебя никогда больше…
— Марк! Приехал все-таки! А чего в дом не заходишь? Ты проходи, Маша вчера пирожков напекла! Очень вкусные.
Ага. С капустой. Как раз те, которые Марк просто ненавидит. Готовила и именно про него и думала!
— Валентина Петровна! Дайте я вас поцелую!
Марк в несколько шагов оказывается рядом с бабушкой. Сгребает ее в охапку и выглядит это так, как будто мою бабушку медведь тянет на себя. И звонко целует в обе щеки.
— Вот же… Какой быстрый. Погоди, Марк. У меня подарок для тебя есть."
"— А у меня для вас, Валентина Петровна! Правда, он в городе остался.
Но я привезу. Обязательно. Завтра.
— Пойдем, пойдем, дорогой. Чего вы во дворе? Чаю попьем. Соскучилась я по вам. По обоим.
— Бабушка, ну какой чай? Еще и с разговорами? Тебе лежать нужно. Сил набираться. А у Марка дела. Очень много. Важные. Он утомит тебя разговорами. Да и спешит.
— Совсем из меня умирающую делает, — бабушка качает головой и с нежностью смотрит на Марка.
— Ты ведь останешься у нас? А то она мне и с постели встать не даст! Я так точно немощной стану.
— Конечно, останусь, Валентина Петровна, — Марк залихватски подмигивает бабушке. — Разве я могу такое допустить?
Я делаю страшные глаза, но Марк как будто и не замечает.
Приходится идти за ними в дом. Накрывать на стол. Чай им готовить.
— Простите, что не смог на выписку приехать.
— Не переживай. Мы же справились. Ты и так столько для меня сделал. Даже и не знаю, как отблагодарить тебя.
— Марк, а ты ни о чем не забыл?
— О, да.
