Как тепло и уютно стало на душе, будто вернулся домой после кругосветного путешествия. Позади бури, ураганы, невзгоды, стоптанные ботинки и кариес от вечных сухарей, а дома тепло, мягко, пахнет подгоревшей шакшукой. Красота!
Выходные пронеслись как мгновение.
Мы смотрели фильмы, пекли печенье, делали с Томой уроки и разбирали вещи, выкидывая все старое, ненужное, чтобы освободить место в доме и голове и наконец впустить в свою жизнь новое и такое желанное.
По вечерам я с детьми засыпала под серии Леди Баг.
Все в той же смешной пижаме, которая оказалась мне дороже любого красного платья. Обнимала Тому, целовала ее в затылок, пока она не замечала и не отмахивалась от ласки как от надоедливой мошкары:
- Ну, мам, хватит!
И совсем иногда, самую малость обижалась, когда моя девочка рассказывала про Женю.
- Она такая добрая, и веселая, у нее дома всегда чисто и пахнет духами.
- Здорово.
- Ага! Женя очень современная, она даже еду сама не готовит, представляешь? Все заказывает и выкидывает коробки, пока папа не пришел.
Только это наш секрет, ты не расскажешь?
- Никому, - обещаю я.
И мне почти не больно обсуждать это с дочерью.
Хотя нет, в груди все еще щемит от глухой тоски, но точно не из-за Савранского, которого я уже отпустила.
На работу в понедельник я пришла вовремя. За десять минут до начала планерки. Зашла последней, вышла первой, и целый час играла в игру «Не смотри».
Аркадий то и дело бросал на меня убийственные взгляды, от которых я уворачивалась с ловкостью холостяка, попавшего на дискотеку в Иваново.
В кабинет я поднялась только к девяти. И там, в очереди из трех пациенток наиболее ярко выделялась лысенькая… с бицепсом размером с голову Циклопа и звериным оскалом.
- Я по записи, - протянул Тимур, глядя прямо на меня.
- Ну… как скажете, дамочка.
Он вошел за мной и плотно закрыл за собой дверь.
- Раздевайтесь вон там за ширмочкой, с креслом разберешься или помочь? Клеенку под попу, ноги наверх и не дышать.
- А не дышать зачем?
- Для устрашения. Зачем пришел?
- А ты зачем ушла? - Он укоризненно посмотрел мне в глаза.
Что-то теплое разливалось в груди, когда этот мужчина стоял вот так близко. И глупый инстинкт самосохранения отказывался работать, пригвождая меня к месту, когда мы были рядом. Не надо бежать, не надо спасаться, просто стой и смотри, как красиво мужчина может держать тебя за руку.
Опомнилась я, когда Тимур переплел свои пальцы с моими.
