— Я твою палку сейчас спомаю, — рычу я ему в ответ, и медленно спускаюсь по лестнице.
— А я ее тебе потом в одно место запихну!
С хрустом разминаю шею. Нет у меня времени на чокнутого старика, и теперь я знаю, каким я буду в старости. Мерзким, противным дедком, которого никто не может терпеть.
Глава 54. Если ничего не ждешь…
Я не прерываю беременность. Я лишь не позволю ей произойти в случае моего невезения. И я не совершаю преступления, не обрываю жизнь, но на душе все равно гадко, потому что “волшебную” таблетку купила в страхе за свое будущее:
И я оттягиваю момент истины, наблюдая затем, как среди раздавленных ягод облепихи плавают чаинки в стеклянном чайнике.
Вздрагиваю, когда кто-то берет чайник и подливает мне оранжевого чая в чашку."
"Поднимаю недоуменный взор. Макар. Лицо бледное, злое, а взгляд — черный и глубокий. Жду, когда он кинет чайник в стену в порыве гнева, но его отставляет и садится напротив.
Наверное, подсознательно хотела, чтобы он нашел меня, раз заявилась в ту кофейню, где однажды “обрадовала” его двумя полосками на тесте.
И да, я только сейчас поняла, где сижу. Дура.
Макар переводит взгляд на бумажную инструкцию, что лежит на столе. Молчит. На щеках играют желваки гнева.
Подхватывает инструкцию и углубляется в изучение, а делаю глоток облепихового чая, тоскливо глядя в окно. Когда он уже перейдет к угрозам, унижениям и оскорблениям?
— Та еще отрава, — наконец, резюмирует он и откладывает инструкцию. — Ты ее уже проглотила? Мне тебя тащить в туалет, чтобы ты выблевала эту гадость?
— И этот акт насилия тебя невероятно порадует? — перевожу на него усталый взгляд.
— Нет я таблетку еще не выпила.
Что отвратительно, я бы сама была не против того, чтобы Макар затолкал меня в туалет, насильно влил в меня воды и вызвал рвоту, ведь я бы восприняла его поведение как факт его неравнодушия. Какие же у нас больные с ним отношения.
Он протягивает через стол раскрытую ладонь.
— Давай сюда. Не заставляй тебя обыскивать.
— У тебя не выйдет меня всегда контролировать, Макар.
Хотя ты можешь посадить меня на цепь в подвале, — слабо улыбаюсь я. — Но мне кажется, что подобное даже для тебя перебор.
— Не заговаривай мне зубы, Уля.
— Знаешь, я уже почти согласна согласиться на твои условия, — тихо отзываюсь я.
— Оставить Артема и исчезнуть из твоей жизни.
Недобро щурится, а я делаю новый глоток чая.
— Бросишь сына? — презительно усмехается Макар. — Серьезно?
— Дина одарит его любовью и заботой, — отставляю чашку.
