А в глазах такое осуждение, будто я свою жену выпотрошил, набил соломой и выкинул. И я не думаю, что дела в утреннем разговоре. Дина не та женщина, которая будет так реагировать на скандалы семейной пары. Что-то тут не так. Ее осуждение глубокое и личное.
— Говори, куда пошла моя жена
— Я сказала.
И губы поджимает и щурится, будто хочет меня сжечь живьем. В ней сейчас играет что-то женское, и меня накрывают нехорошие подозрения.
— Дина, — я тоже щурюсь в ответ, — ты премию хочешь получить.
— обойдусь без премии.
— Да чтоб тебя, — цежу я сквозь зубы, и Артем кривится и пытается повторить мои интонации."
"Когда Дина переводит на него изумленный и возмущенный взгляд, он хрюкает довольный и смеется, поджав к груди пухлые ножки.
Дина молчит минуту, поглаживает Артема по ножке и закрывает глаза:
— В аптеку пошла.
— Что? — недоуменно переспрашиваю я.
— Больше ничего не скажу.
— В какую аптеку?
— не знаю.
И опять с черным женским осуждением смотрит на меня.
— Да тут аптек в округе с десяток.
— Вышла из калитки направо.
— А говорила, что ничего больше не скажешь, — разворачиваюсь и широким размашистым шагом иду прочь.
— Она не заслужила такого мужа, — шипит мне в спину.
Оглядываюсь. Отлично. Пусть меня теперь отчитает няня, какой я мерзавец и негодяй. Только что-то мне подсказывает, ее злобные претензии адресованы сейчас не мне.
— И самое печальное во всем этом, — продолжает она, — вы же не особенный среди прочих.
Сколько вас таких эгоистичных дураков, которые не ценят своих жен?
— Если я напомню о субординации, то ты проигнорируешь мои слова?
— И никто ведь из вас в итоге счастливым не бывает, — Дина вздыхает.
— Что-то работа стала для тебя слишком личной, — тихо отзываюсь я.
— А я не думаю, что вам сейчас стоит со мной тратить время за пустой болтовней.
— С затаенной угрозой отвечает Дина. — Возможно, уже поздно.
Меня пробирает озноб от ее холодного, как сталь, голоса.
Мозги отказываются работать и не воспринимают намеков няни, но мне ясно, что Уля что-то задумала.
Она вышла не прогуляться и не подышать свежим воздухом, чтобы прийти в себя или поплакать в одиночестве на лавочке в безлюдном сквере.
Во мне опять поднимается волна ярости. Что она бегает и никак не успокоится?
Сиди, мерзавка, дома и жди мужа! зачем она испытывает мое терпение и проверяет его на прочность.
