– Правда?
– Правда.
Не скрывая досады, Джудит проследила за взглядом Нейтана.
– Вы достаточно давно на этом корабле и могли бы заметить, что эти двое вечно пререкаются. Это ничего не значит. На самом деле им просто нравится браниться. Возможно, вы не знаете, но Арти с Генри не только первые помощники капитана на «Деве Джордж», но и работают в лондонском доме дяди Джеймса. Вдобавок они лучшие друзья, хотя временами, как сейчас, в это трудно поверить. Прежде они плавали по морям и океанам вместе с моим дядей. А когда он осел на берегу…
– Так ваш дядя часто выходил в море?
– Да, в молодости, это продолжалось около десяти лет.
Но, как я уже сказала, Арти с Генри обосновались на берегу вместе со своим капитаном и служат у него дворецкими.
– Двое дворецких? Разве такое бывает?
– Да, это довольно необычно. Но дядя Джеймс никогда не придавал значения условностям. Перед отплытием в Америку Арти с Генри собирались тянуть жребий, чтобы решить, кто будет первым помощником капитана, но потом договорились выполнять вдвоем и эту работу.
А теперь…
Нейтан неожиданно перебил девушку, высказав догадку.
– В прошлом капитан был пиратом, верно?
Джудит смешалась.
– Как… вы пришли к этому нелепому выводу?
– Я слышал, как Арти говорил, что в свое время им случалось топить суда. А вы обмолвились, что ваша кузина стремилась подражать отцу.
– Я ничего подобного не говорила! Не приписывайте мне лишнего."
"Джудит поверить не могла, что Нейтан так легко угадал правду. Этот семейный секрет тщательно оберегался, она ни за что не стала бы его раскрывать.
Когда-то Джеймс бороздил моря под именем грозного капитана Хока, джентльмена-пирата, как называла его кузина Регина, но эта история осталась в далеком прошлом. Он даже имитировал смерть Хока, когда вернулся наконец в Англию, чтобы примириться с братьями. Правда, после его схватки с пиратом Лакроссом кое-кто из старых приятелей Джеймса узнал, что тот жив и здоров. Но Джудит не собиралась рассказывать об этом Нейтану.
– Так вы вообразили, будто мой дядя был не морским офицером, а пиратом? – с горячностью воскликнула она.
– Да, конечно, совершенно естественная мысль для контрабандиста.
– Говорите тише.
– Тогда не болтайте чепухи, не злите меня! Коли вы хотите что-то узнать о моем дяде, спросите его самого, если осмелитесь. Но сперва ответьте мне, почему вы выглядели таким опечаленным той ночью, когда мы встретились впервые?
Нейтан вздохнул.
– Не опечаленным. Скорее разочарованным и, признаться, немного сердитым.
