Он ее утопил, сбросив в машине с обрыва, а потом инсценировал собственное счастливое спасение.
– Зачем?
– Не знаю, – пробормотала Нора, – пока не знаю. Зато мне известно другое: почему Марина Райкова опрометью кинулась домой.
– И почему?
– У нее на кухне, под раковиной, обнаружена емкость с остатками кислоты.
– Так вот отчего она повторяла: «Бутылка, бутылка»! – воскликнул я.
Нора кивнула:
– Да. Думается, дело обстояло так. Неизвестная личность позвонила Марине на работу и сообщила: «Ты убийца Алены, бутылка с кислотой у тебя на кухне».
Райкова испугалась и рванула к себе, желая уничтожить компрометирующую улику.
– С чего бы ей пугаться?
Нора вновь вытащила папиросы.
– Потому что многое свидетельствует против нее. С Шергиной поругалась, ключи не отдала, потом некто оказывается у Алены в квартире, включает газ… Обрати внимание, дверь не взламывали, открыли «родными» ключами. А потом еще и бутылка под раковиной. Вот Марина и понеслась домой, а там… Кстати, ее убили в ванной. Прослеживается один и тот же человек.
– Почему? – удивился я.
– Так вода! И в ванне, и в речке. На мой взгляд, – продолжила Нора, – наличие бутылки и телефонный звонок как раз свидетельствуют о том, что Райкова не виновата.
– Отчего вы так решили? – Я перестал что-либо понимать.
– Ну зачем ей хранить такую улику? – скривилась Нора. – Давно бы выбросила. Нет, ее напугали.
– Да зачем уничтожать Марину, – возразил я, – наоборот, проще было поставить осторожно ей под раковину пустую тару и сообщить в милицию…
– Режиссер сего спектакля очень хитер, – задумчиво сказала Нора, – он понимал, что Марину-то начнут допрашивать.
Поэтому и убил, чтобы, не дай бог, не поняли: она ни при чем. А в милиции теперь твердо уверены, что Райкова уничтожила Шергину, а потом покончила с собой. Дело закрывают.
– Как же так? – возмутился я. – Из-за чего убили Алену?
Нора швырнула на стол зажигалку:
– Ментам без разницы, спихнули папку в архив, галочку поставили и забыли. В связи со смертью основной подозреваемой дело закрывают.
– Погодите-погодите, у вас концы с концами не сходятся, – подскочил я, – если Алену утопил Илья, то он никак не мог убить Марину. Илья сам к тому времени уже превратился в покойника. А вы, насколько я понимаю, считаете, что женщин убрал один убийца. Кстати, что стряслось с Ильей?
– Инфаркт, – пояснила Нора, – вроде это естественная смерть, но я знаю: и его убили. Та же личность, что устранила Шергину с Райковой.
