Придется искать другой салон, этот Валерий уже разболтал всем вокруг, что сын Николетты Адилье педофил. Иначе почему мастерицы, прежде вежливо здоровавшиеся со мной, сейчас нагло улыбаются?
Ну что же происходит с нами? Сорокалетний мужчина привел ребенка в парикмахерскую, и каждый воспринял это в меру своей испорченности. Отчего людям сразу в голову лезут гадости?
Следующее потрясение я испытал у кассы, увидав сумму прописью. У меня не хватило наличности.
– Ничего, Иван Павлович, – хмыкнула кассирша, – потом подвезете, вы же у нас постоянный клиент, наверное, теперь часто станете привозить эту… э… э… девушку!
– Миранда – дочь моей знакомой, – бездарно оправдывался я.
– Да-да, – закивала кассирша, старательно сдерживая ухмылку, – конечно.
Сами понимаете, в каком настроении я вышел в холл и от злости слишком резко сказал:
– Пошли!
Миранда вскочила:
– Ты сердишься?
Ее звонкий голосок рассыпался по салону. Мигом все замерли, дамы, поджидавшие своей очереди, опустили журналы, а администратор, сидевший у двери, отвратительный парень с волосами нежно-розового цвета и серьгой в ухе, разинул рот.
– Нет, – сбавил я тон, – извини, я просто устал.
Внезапно девочка бросилась мне на шею, запечатлела на губах звонкий поцелуй и завопила:
– Спасибо!!! Я такая красавица!!!
Клиентки зашушукались, администратор чуть не выпал из-за стола.
Ощущая на губах нечто противное, липко-сладкое, я схватил Миранду за руку и поволок к двери, но глупышка, совершенно не понимая, какое впечатление мы производим на окружающих, громко вещала:
– Смотри, мне еще маникюр сделали! Вот, видишь, колокольчик привесили.
Стебно, да? Тебе нравится, да? Ваня, я красивая? Я тебе нравлюсь?
– Да уж, – довольно громко произнесла дама, сидевшая у самой двери, когда я проталкивал мимо нее Миранду, – сейчас у людей не осталось ничего – ни совести, ни чести.
Всю дорогу до дома Миранда щебетала, словно выпущенная на волю птичка. У двери квартиры она снова попыталась поцеловать меня, но я увернулся:
– Бога ради, без объятий, ты ешь какую-то липкую конфету…
– Это жвачка, – пояснила девочка и мигом выдула огромный пузырь, – во, гляди, они у меня лучше всех в классе получаются.
Я только вздохнул. Смешно, однако, с одной стороны, она взрослая девушка, пользующаяся косметикой, с другой – абсолютное дитя, хвастающее размерами выдуваемых пузырей.
Нора сидела у окна с самым мрачным видом.
– Каковы наши успехи? – поинтересовалась она.
Я выложил полученную информацию.
