Инга периодически сдувала волосы, и на короткое время мельком показывались глаза, но потом пряди волос вновь прикрывали лицо, руки разглядеть я не успел. Инга плюхнулась на диван и продолжила:
– Сначала выпей, потом побазарим.
– Пока не хочется.
– Давай глотай.
– Честно говоря…
Хозяйка вскочила на ноги, наполнила свой фужер и велела:
– До дна, иначе разговаривать не стану. Ну… Смотри, как надо!
И она вновь опустошила фужер. Делать нечего, пришлось последовать ее примеру. Я люблю коньяк и смею думать, что понимаю в нем толк.
Благородный «Хеннесси» надо пить не спеша, тихонько согревая бокал с лучисто-коричневой жидкостью в ладонях. Именно поэтому фужеры для коньяка имеют пузатую форму, с довольно широким дном и узким верхом. На донышко капают, именно капают виноградный сок, который монахи из провинции Коньяк научились превращать в неземной напиток. Вот водку можно опрокидывать залпом, а «Хеннесси» ни в коем случае. Его следует пить медленно, наслаждаясь цветом, ароматом и вкусом. Но у Инги было иное мнение по этому поводу.
Она снова наполнила бокалы, поставила бутылку на стол и хмыкнула:
– Скоро кончится, чего только одну купил, сейчас за другой отправишься. Пей до дна, ну, давай на брудершафт.
Проклиная собственную мягкотелость и податливость, я взял даму под руку. Инга мигом выхлестала спиртное, я же лишь отхлебнул.
– Эй, эй, – сердито велела она, – на брудершафт до дна положено, иначе врагами расстанемся.
Сейчас, вспоминая произошедшее, я могу сказать в свое оправдание всего две вещи.
Днем я не успел пообедать, а утром выпил лишь кофе, и ударная доза спиртного свалилась в практически пустой желудок. Еще у меня было отвратительное настроение, а в горле что-то царапало, очевидно, начиналась простуда. Все сложенные вместе факторы вкупе с коньяком дали неожиданный результат. Инга показалась мне милой, даже привлекательной женщиной, скорей всего, ей лет тридцать пять, не больше. Поднялось настроение, начинающаяся боль в горле исчезла. Мне стало очень уютно, тепло и как-то спокойно.
– Хороший коньячок, – усмехнулась хозяйка, – давай добьем бутылочку.
Дальнейшее помнится смутно. Вроде потом на столике появился еще и графин. Затем мы пошли по коридору… в лицо ударил свет… голова упала на что-то ядовито-розовое… в носу защекотало…
Глава 28"
"Я чихнул и открыл глаза. Надо мной парил незнакомый потолок самого невероятного вида – голубого цвета, украшенный густой бело-золотой лепниной. На секунду я изумился, через мгновение растерялся.
