И запах… не пойму, вроде и зверем несёт, а вроде и…
— Холодное железо! — внезапно выпалила Василиса, — её лицо слегка побледнело, а пальцы, вцепившиеся в отвороты куртки, мелко дрожали. — Тварь как-то связана с ним. Моя стихия отзывается.
Я прислушался к себе и понял, что девчонка права. Ощущение, будоражащее мой дар, и впрямь напоминало зов металла — звенящий, колкий, леденящий кровь. И земля под ногами тоже как будто трепетала в унисон, подталкивая, призывая идти вперёд.
— Она прошла на север, — Борис вытянул руку, указывая направление.
— В распадки, там у нас бурелома много, в самый раз для логова. — Он искоса глянул на меня, пытаясь незаметно оценить реакцию. В его глазах мелькнуло плохо скрытое любопытство — струсит благородный или рискнёт? — Идём по следу, боярин? Глядишь, ещё застанем на месте. Или назад повернём?
Я заметил этот оценивающий взгляд. Похоже, для охотника это был своеобразный тест — многие ли дворяне готовы не просто командовать из безопасного места, но и сами выйти против твари?
Несмотря на опыт скоротечной ночной схватки он всё ещё считал меня изнеженным барчуком.
Хорошего же мнения местные о сословии, которое призвано защищать их от любого рода угроз.
Чувствуя, как губы сами собой растягиваются в предвкушающей ухмылке, кивнул. Выследить и завалить матёрого Бездушного — это ли не достойная задача для оказавшегося в глуши воеводы? Опять же, трофеи лишними не будут — дар нужно развивать, а для этого требуется Эссенция. Ну и новые возможности не помешает проверить.
После ритуала я смогу выдать хоть одно, но крепкое заклинание. И у меня есть чем удивить врага…
— Идём, — решительно бросил я, крутанув древком алебарды. — Только осторожнее там. Бездушные таких размеров бывают крайне опасны. Большой вес и бешеная скорость — убийственная комбинация.
— А вы вообще уверены, что сможете совладать с ним? — неуверенно уточнил проводник. — Кто знает, какая там тварь укрылась… Если Трухляк, ещё ладно, справимся как-нибудь, а если Стрига?.
. — в его глазах проскочила опаска.
Из контекста несложно было понять, что Трухляком охотник обозвал Низших Бездушных — самый слабый их вид. Захар ещё звал их Пустышками или Полыми, а я знал их под иными названиями. Стригами же очевидна именовались Усиленные Бездушные, то есть те, что прошли первую трансформацию.
— Уверен. В конце-концов с нами могучая волшебница-геомантка, — насмешливо хмыкнул я, покосившись на девушку. — Чего же нам бояться?..
