— Не без того, — важно кивнул Борис, гордый произведённым впечатлением. — Мы, считай, всю жизнь этому учимся. С малых лет, как только отцы в лес брать начинают.
Подобная житейская мудрость лишь укрепила моё уважение к местным жителям. Правду сказать, на первый взгляд они казались мне обычными деревенскими увальнями и лежебоками. А вон оно как выходит — тут тебе и воинская сноровка, и звериная хитрость, и отчаянная удаль.
Ни тебе достойного оружия, ни защитных артефактов, ни даже простого признания заслуг. Всё сами, всё своим умом да сноровкой.
Целую науку изобрели, как с Бездушными управляться. И ведь не просто отсиживаются за частоколом, а ходят в леса, охотятся, жизнью рискуют. Поневоле проникнешься уважением к этим суровым, жилистым мужикам.
Выплыв из раздумий, я решил уточнить у Бориса один момент, задевший моё внимание:
— А кому вы потом сбываете ваши трофеи? Эссенцию и Реликты?
Охотник скривился, будто хлебнул кислого молока. Видно было, что тема для него болезненная.
— Так это, боярин, — нехотя признался он.
— Есть тут один делец, Макар Гривин зовут. Приезжает к нам раз в месяц, скупает всё оптом, что добыть успеваем. Только платит, живоглот, от силы четверть настоящей цены. А куда деваться? Другого покупателя-то всё равно нет, а товар девать надо. Не себе же под подушку прятать.
Тут даже Ольховская помрачнела лицом. Похоже, и её возмутила вопиющая несправедливость, творящаяся в Угрюмихе.
— Это почему же вам в казначейство Реликты не сдавать? — вскинула она брови.
— Оно их охотно покупает.
Борис лишь горько усмехнулся в ответ.
— Такой уж порядок заведён, барышня. По княжескому указу, значит, простолюдинам в здешних лесах охотиться не положено. Это, вишь ты, привилегия одних лишь Стрельцов. А раз на дичь права не имеем, то и торговать ею не велено. Вот и приходится украдкой товар сбывать, чтоб концы с концами свести, — он сплюнул под ноги и с досадой пнул подвернувшуюся заснеженную корягу.
Я лишь покачал головой, в очередной раз удивляясь причудливой логике местных правителей.
Нет, я, конечно, слышал ещё в своём мире, что в землях франков и саксов простолюдину охотиться запрещено в лесах знатной семьи, но там ведь речь шла об оленях да куропатках, а не врагах рода человеческого. Этих нужно уничтожать безжалостно везде, где повстречаешь. И полученные трофеи — лишь заслуженная награда за проявленную отвагу.
У окрестных князей явно головы соломой набиты, раз не смотрят вперёд больше, чем на один шаг.
