Кристофер – хороший мальчик, который наверняка не шляется по сомнительным местам вечерами после уроков, так что он, скорее всего, дома. Его смена в библиотеке тоже должна была закончиться.
Теодору нужно собраться с мыслями. Нужно…
Внезапный стук в окно заставил его дернуться и испуганно распахнуть глаза. Он резко повернулся и увидел склонившегося к дверце Кристофера, на лице которого застыло вопросительное выражение. Вопреки всему, сердце Теодора не только не успокоилось, но и ускорило бег.
Теодор шумно выдохнул и быстро досчитал до трех, прежде чем опустить окно.
– Что ты здесь делаешь? – спокойно поинтересовался Кристофер, и формальность его речи мгновенно напомнила Теодору начало их общения, когда все, что он получал от него – это равнодушные взгляды и безэмоциональные замечания.
– Я хотел поговорить с тобой, – выпалил Теодор и, ощутив внезапный прилив смелости, предложил: – Не против прокатиться?
Кристофер посмотрел на него с сомнением, и Теодор подавил порыв трусливо зажмуриться в ожидании ответа.
Он испугался, что Кристофер откажется, а права настаивать у него никакого не было. Да и появляться тут, если уж на то пошло, он не имел права.
Но Кристофер только поднял повыше руку с пакетом.
– Занесу домой и выйду, – сказал он. – Подожди.
Теодор торопливо закивал, робко приподнимая уголки губ в улыбке, но Кристофер не улыбнулся ему в ответ, развернувшись и направившись к дому. Как только он скрылся за воротами, Теодор дрожаще выдохнул, упершись лбом в руль. Ему нужно успокоиться. Нужно дышать глубже, нужно подумать, как правильнее выразить свои мысли, потому что его слова превращаются в хаос, когда он волнуется, а сейчас он волнуется очень сильно.
Даже если он скажет и сделает все правильно, Кристофер вполне может не простить его. Мысль об этом нисколько не помогала.
Казалось, прошла целая вечность, за которую он так и не смог прийти в себя, как дверь открылась и на пассажирское место сел Кристофер, не произнеся ни слова и сложив ладони на коленях, как послушный ребенок. Теодор нервно прикусил губу и завел машину.
Они ехали в молчании, и Теодор снова включил радио, чтобы разбавить неловкую тишину между ними. Играла незнакомая песня. Кажется, что-то от Тейлор Свифт. Но припев в ней был довольно простой, поэтому на второй он начал тихо подпевать. Ему не нравилось, когда у них с Кристофером все так напряженно. Он слишком привык к тому, что они постоянно смеялись вместе, болтали, привык к комфорту, к тому, что они понимали друг друга с полуслова.
