Мы вновь оказались на моей узкой для двоих кровати. Я скользила ладонями по его спине, стараясь не задевать царапин, на которые, Саша, кажется, уже не обращал внимание, так как был занят только мной и тем, как его руки ласкали каждый участок моей кожи.
Его пальцы скользнули между моих ног, где, точно знаю, было уже неприлично влажно.
Он дразнил чувствительные точки подушечками пальцев, а я могла лишь жадно хватать ртом воздух, раскрываясь для него всё больше и больше.
Мужские губы скользили по шее и груди, пока я выгибалась навстречу его пальцам.
Я уже была близка к разрядке, как Саша вдруг резко перестал ласкать меня.
Протестующе простонав, я наблюдала за тем, как он быстро распаковал презерватив и надел его на член. А затем он, не церемонясь, развернул меня так, что я сама не поняла, как оказалась на четвереньках с оттопыренной в его сторону задницей.
- Вот так! – звонкий шлепок по моей заднице отлетел от стен. Я со сладким предчувствием прикусила нижнюю губу, чувствуя, как головка прижалась к лону.
Прогнулась в спине, помогая ему войти глубже, и с наслаждением приняла каждый сантиметр, что вошёл в меня.
Глубоко. Очень. Либо за три года я забыла, какого это?
Саша впился в мои бёдра пальцами и начал плавно двигаться, пока я сжимала в руках простыню.
Он намотал мои волосы на кулак, потянул на себя и заставил прижаться к его груди спиной. Не переставая двигаться во мне, пальцы свободой руки положил на клитор и начал кружить по нему подушечками пальцев, стремительно вознося меня на такую вершину удовольствия, на которой я ещё не бывала.
- Да! – выдохнула я хрипло. Положила свою руку поверх его, вынуждая сильнее нажимать на крайне чувствительную сейчас плоть.
Титов начал резче и жестче входить в меня. Ему пришлось крепче удерживать меня в вертикальном положении, потому что я уже теряла связь с реальностью, чувствуя, что разрядка быстро.
- Только попробуй остановиться! – агрессивно выругалась я.
- Ни в этот раз, - он прикусил мочку моего уха. Отпустил волосы и обхватил пальцами шею, почти лишая меня кислорода.
Непристойные звуки нашей близости заполнили комнату.
Внизу живота зародился самый настоящий пожар, который мгновенно разлился по венам, превратив меня в пылающую податливую куклу в руках мастера. За пожаром последовал взрыв, ударной волной которого меня свалило с ног.
Если бы не Сашины руки, упала бы я на пол, а не лицом в подушки.
