Вере хватило рыжих волос на снимке, чтобы понять, что это за женщина, а я специально выбрал именно этот кадр, поскольку кроме волос и обнаженного тела там больше не было других лишних деталей.
— Вчера после нашей встречи я отдал похожие кадры жениху. Ты, может быть, заметила его в аэропорту. Он толкал тележку с их чемоданами…
— Заметила.
Вижу, что ее трясет. И уже не от холода.
— Где ты снял это?
— В аэропорту.
— А зачем ты встречался с ней вчера?
— Хотел узнать, где их отель.
Прячу фотку в карман, не до конца понимая, почему соврал в последний момент.
Ведь не собирался.
Интересно, чего Вера боится теперь, когда глядит вдаль таким ошалевшим взглядом вдаль? Что однажды я расскажу ее драгоценному Юре обо всем, что у нас было? Или, может, Вера прикидывает, сумел ли я вчера сфотографировать ее вчера на пляже в момент оргазма?
И вдруг слышу:
— Каждая может ошибиться, Марк. Поддаться желанию, а после раскаяться в содеянном…
Ищет оправдания даже шлюхам. Предсказуемо.
Наверняка, уже что-нибудь придумала и для такого мерзавца, как я.
Но меня сейчас интересует другое.
— А ты, Вера?
— Что я? — резко обернулась, хотя до этого глядела на горизонт.
— Ты могла бы ошибиться? Перебрать? Поддаться желанию, которое не в силах контролировать? Совершить то, за что потом будет очень и очень стыдно? Смогла бы, Вера?
От моего вопроса Вера вспыхивает вся: от кончиков пальцев до корней волос. Закрывает лицо руками и шепчет:
— Я уже это совершила.
Смеюсь.
— То, что произошло вчера на пляже не в счет.
Это почти так же невинно, как ты сама.
— Я не невинна, Марк! — ахает она.
— Я не о девственности, Вера, — отмахиваюсь. — Скажи мне, хоть раз ты чувствовала влечение к другому мужчине? Настолько сильное, что соглашалась соврать, обмануть, но провести с ним ночь, а после вернуться и, когда еще все болит после секса с другим, выйти замуж, клятвенно обещая, что больше никогда и ни за что? Или отдаться другому, Вера? Прямо на свадьбе в подвенечном платье, спрятаться от гостей в подсобке и опуститься на колени перед другим мужчиной, который не был твоим мужем?
Все это время, пока говорил, я все крепче сжимал ее плечо, а после понял, что даже встряхнул ее, как будто видел на ее месте совсем другую женщину.
Говорил я тоже слишком громко.
Опомнился и убрал руку с ее плеча.
Вокруг все так же гуляли люди, шумело море и смеялись дети.
— Прости… — пробормотал я. — Не хотел тебя пугать.
Вера отшатнулась от меня и побежала к шезлонгам.
