Затеряться в Нью-Йорке было чем-то естественным, потому как улицы были переполнены спешащими жителями и путешественниками. Даже учитывая охрану Шульца, невозможно было поймать кого-то взглядом, если точно не знаешь, кого ищешь: костюм, цвет одежды. Подобное даже не вызывало сомнений.
— Конрад, скоро количество охраны будет больше основного штата работников корпорации. Это нерационально! — ахнула я, взглянув на него из-под ресниц. Шульц выглядел чертовски недовольным, между бровей залегла глубокая морщина. Я расправила ее указательным пальцем, а затем оставила ладонь на его гладковыбритой щеке.
— Я уверена, что ты делаешь все возможное, чтобы его найти. Но он не в силах мне навредить, пока я с тобой. Может, вообще не стоит его искать? Отец — псих. В огромном городе, который поглощает людей, словно голодные пираньи.
— Детка, — мягко перебил меня Конрад, утопив в тепле своего темно-серого взгляда. — Есть информация, что Джек Браун тайно работал на спецслужбы под прикрытием. Он опытный убийца, киллер.
Вся его прежняя жизнь заключала в себе выслеживание жертвы и ее убийство. Однажды он перешел дорогу не тому человеку, и его решили убить. Но, учитывая статус Джека и особое положение, все оказалось не так просто, — он глубоко вздохнул, отворачиваясь от моего ошарашенного взгляда, будто не в силах его вынести. — Организовали липовое дело о педофилии, где ты якобы стала ключевым свидетелем. В тюрьме Джек Браун должен был умереть, но он прикинулся серийником. В отдельной палате психиатрической клиники его могла достать только медсестра, но Джек выдержал серьезные препараты.
— «Выдержал» — громко сказано, — фыркнула я, только сейчас понимая, что неосознанно сжала майку Конрада в кулак. — Папа не был здоров, а сейчас просто лишен всякого здравого смысла. Превратился в опасного маньяка.
— Именно поэтому, — зацепился за фразу Шульц, — его необходимо поймать так скоро, как только возможно.
— Это обойдется тебе дорого, — нахмурилась я, даже представить страшась, сколько Шульц тратит в день на плату труда тысяч охранников.
Вопрос возник сам собой, буквально соскользнул из губ еще до того, как я успела его осознать:
— После липовой истории со смартфонами и твоим возможным арестом акции компании наверняка упали…
Конрад повернул мое лицо в свою сторону, заглядывая в глаза с каким-то детским умилением. Когда он понял, что сказала я именно то, что думаю, он и вовсе расхохотался, будто я сморозила какую-то несусветную глупость.
