— Ты такой милый, — прошептала я осевшим и расслабленным голосом. — Куда ты дел Конрада Шульца, признавайся? Мой босс таким не был.
— Что? «Милый»? Какой кошмар, — театрально ужаснулся мужчина, немного отклоняясь назад, чтобы заглянуть мне в глаза. — Не понимаю о чем это ты, Эмми. Но! Я ведь тебе больше не босс, ты знаешь?
— Ты владелец корпорации, а я всего лишь наемный рабочий. Так что — босс, — с улыбкой прошептала я, позволяя Конраду утопить моим мысли своим горячим развязным поцелуем. Он не стеснялся углубить его, сделать более страстным и диким, не боялся людского осуждения.
Потому что именно такие как Конрад и пишут общепринятые правила приличия.
— Нет, — покачал головой Шульц, голос казался не на шутку твердым, будто слова моего мужчины обсуждению не подлежат. Единственная доступная истина. Подобравшись, я ждала его следующих слов со странным энтузиазмом, в предвкушении очередного пугающего сюрприза, но даже мои смелые фантазии не могли предположить того, что обрушилось на голову не менее отрезвляюще, чем увесистая льдина.
— Детка, я хочу, чтобы по нашему новому соглашению половина корпорации принадлежала тебе.
— Ч-что? — молчание затянулось, но даже спустя целую вечность я так и не нашла, что сказать. Мысли метались из стороны в сторону. От пугающей: «Это что-то вроде завещания? Он что, при смерти?!», до странной: «Просто не ведает, что творит»! Но лидировала всегда одна: «Видимо, я просто что-то неправильно поняла».
— Эта моя гарантия твоего благополучия, — кратко выдал тот, будто данная фраза хоть что-то объясняла.
И я вновь ошеломленно промолчала, он добавил:
— Дело не только в том, что я люблю тебя, Эмми. Дело в доверии и в том, что ты единственная, кто в случае чего сможет поддерживать корпорацию в рабочем состоянии. Единственная, кому я могу доверить дело всей своей жизни.
— Конрад, — голос сошел на писк, глаза в миллиардный раз за день наполнились слезами. Странный страх окутал с головой, превращаясь в какую-то параноидальную идею.
— Восстановление после операции проходит плохо, да? Или дело в том выстреле? О, господи…
Мир перед глазами померк, а ноги подкосились. Конрад буквально удерживал меня в воздухе, не позволяя ногам касаться каменной кладки.
— Все хорошо, детка, — столько нежности было в его взгляде в тот момент… Столько безграничной любви! Ее можно было черпать ложками, хватило бы на всех людей мира… Но вся она вылилась лишь на меня одну. — В бизнесе не бывает без гарантий.
