Звучало пианино, волшебный контральто пел:
O Sally my dear, I would love you and wed you,O Sally my dear, I would love you and wed you.Второй голос, мягкий и нежный, подхватил:
She laughed and replied: Then don’t say I misled you.Don’t say I misled you, oh no, no-no-no.[15]Мы замерли перед входом. Я шепнул:
– Это моя Эмма учит вашу Корделию петь английские баллады. Знаете, как она пела мне ночью, в купе?
Но пение вдруг оборвалось, раздался скрип, шаги.
– Кто там топчется за дверью? – спросила Эмма напряженным голосом.
Щелкнул курок.
Мы поспешили откликнуться.
Рассказав о беседе с ван Дорном, Эраст Петрович перешел к анализу. Я очень люблю эту часть дедукции. Своим ясным умом господин высвечивает тайну, как прожектор рассекает мглу, и постепенно начинают проступать контуры искомого. Необъяснимое обретает логику и смысл.
– Кое-какие загадки проясняются. Во-первых, зачем клиенту доктора понадобился потрет Летиции фон Дорн. Этот человек, не останавливаясь перед затратами, собирает реликвии своего – хм, нашего рода.
Известно, что коллекционеры иногда становятся настоящими маньяками, на грани помешательства. Помнишь, Маса, дело фабриканта Синельникова, который из-за почтовой марки отравил родного брата?
– Но почему тогда этот страстный коллекционер не захотел предложить больше пяти тысяч? – спросила Эмма, слушавшая с довольно скептическим видом. – Он ведь очень богат.
– Потому что дез Эссар сказал, что не отдаст картину ни за какие деньги. И тогда «Э.
П.» – буду для краткости именовать его так, хотя сходство инициалов мне неприятно – исполнил свою прихоть другим образом. У этого человека в распоряжении имеется собственная секретная организация, принимающая преступные заказы – вроде дела о наследстве Эрминов. Вот где источник богатства «Э.П.». История с портретом Летиции – это не бизнес. Это личное, для души. Из чего я делаю следующий, самый главный вывод…
Господин помолчал. Обычно он излагал ход дедукции без эффектных пауз, но сейчас ему, видимо, хотелось произвести впечатление на слушательниц.
Однако Эмма испортила весь эффект.
– Что у нас есть кандидат на роль таинственного клиента. Бенджамен Аспен. Это всё объясняет. Полоумный коллекционер так захотел получить портрет, что немедленно сорвался с места, переплыл через Ла-Манш и не успокоился, пока не захапал добычу, а уже потом вернулся к своей злодейской работе – к охоте на госпожу Эрмин.
– Ну конечно! – воскликнул я.
