Я огляделся по сторонам… Увидел в глазах и рабочих, и своих людей неутешительное общественное мнение… И вынужден был ему подчиниться. Хотя в глубине души и обозвал их всех лентяями.
Чтобы провести остаток дня с комфортом, на скорую руку соорудили навесы, оборудовали кострища и приготовили нехитрую еду. Кстати, по поводу еды… Я уже упоминал, что спустя двести с лишним дней на дикой планете мы научились жрать всякую дрянь? Лишь бы неядовитая была.
Ну так вот. Оказалось, исполинская трава пошла в ход не только в пищевых рефицераторах.
Более того, один из рабочих поделился с нами рецептом, как эту зелень правильно жрать. Если в нужных пропорциях смешать длинные травины и стебель папоротника, получался вполне себе недурной… Суп!
Понятия не имею, кто был тем экспериментатором, который изобрёл этот рецепт… Но, наверно, это лишнее знание. В любом случае, пусть этот человек живёт долго и не хворает. Кулинарная новинка и вправду оказалась вполне приличной. Блин, к этому супу остро не хватало сметаны и, наверно, варёного яйца!
Навернув недурной зелёной жижи, мы ещё долго обсуждали с руководителем всех рабочих, которого звали Веселовым, по фамилии, важный вопрос.
Стоит ли выставлять дежурных на берегу реки. С одной стороны, плоты с дополнительными материалами надо было перехватить по пути. Но берег реки был не то чтобы близко, а заросли вокруг — густые. А оружия у нас с собой было не так много, чтобы и на берегу дежурных не с пустыми руками ставить, и лагерь беззащитным не оставлять.
А невооружённого человека в высокой траве, которая нас окружала, бросать всё же неправильно. И негуманно.
В итоге сошлись на том, что проблема как-нибудь рассосётся сама. Ну то есть, посыльные на плотах вряд ли пропустят заметную издали гору горшков на берегу. Поэтому на ночь оставили всех — и рабочих, и своих людей — в лагере.
Дневник Листова И. А.
Двести шестой день. Один потерял, другой сломал!
Я уже почти лёг на боковую, когда со стороны реки раздался чей-то крик.
Правда, разобрать, что именно кричат, никак не получалось. Ну хотя бы не «спасите-помогите», и то хорошо…"
"Стряхнув дремоту, я встал и махнул рукой Веселову, а тот понятливо кивнул, принявшись тыкать пальцем в рабочих, которые пойдут с нами. Сам я взял Хир-Си, Славку и Мелкого, оставив остальных в лагере, на охране. Веселов отобрал пятёрку рабочих покрепче и повыносливее. Такой скромной, но зубастой компанией мы и отправились к берегу.
