А Мелкий уже достал топорик, больше подходящий для рубки веток и молодых ёлочек, и с суровым решительным лицом устремился к дереву.
Останавливать мы его не стали. Интересно было посмотреть: чего это он? А гопник, не обращая внимания на наши взгляды, начал самозабвенно тупить топор о толстенную древесную кору. И даже мурлыкал что-то себе под нос. А топором он двигал так быстро-быстро, что меня это чуть не загипнотизировало…
Впрочем, не только меня! Пару минут весь отряд «лесорубов» внимательно наблюдал за схваткой гопника и дерева.
А затем Мелкий остановился, утёр со лба трудовой пот и, обернувшись к нам, с фальшивым энтузиазмом провозгласил:
— Ну и? Чо встали? Кто на смену? Берите топор, налетайте! Все поработаем! А я пока метнусь, на, погутарю… Ну шоб нам жрачки на год прислали! Раньше, на, не осилим!
Он протянул топор Костроме, а та, покачав головой, вынесла окончательный вердикт нашему штатному гопнику:
— Дураком был, дураком и остался!
— Ну и ладно, на! Ну и как хотите! — притворно обиделся Мелкий.
— Моё дело, на, предложить!.. Смотри, как поработал! Во…
Он подошёл к месту, где безжалостно портил топор об кору, и ткнул пальцем в еле заметную зарубку:
— Я-то уже во!.. Типа, кору почти прорубил, на! — закончил гопник.
А поскольку вид Мелкий имел столь гордый и так внутренне светился, будто скопал Эверест, то ответить ему никто не смог. Все бессовестно ржали. Впрочем, некоторые ржали совестливо, отвернувшись спиной и делая вид, что разглядывают, например, букашек, которых здесь было хоть пруд пруди.
— Ладно, это всё здорово… — отсмеялся Вадим. — Настроение теперь боевое, Мелкий — молодец и гений мотивации… Осталось решить проблему с рубкой дерева!
— Проблема решается отрыванием головы инженеру! — успокоила его Кострома. — Обычно при угрозе драгоценной голове, они последовательно выдают всё более и более приемлемые варианты.
— Нет уж… Давайте срубим ему то, что он просил! — покачал головой Вадим и посмотрел на своего подчинённого, который мялся поодаль.
— Ну-ка доставай пилу, которую Дуб подогнал… Посмотрим, хватит ли длины.
Пилой называлось варварское изделие, сплетённое из двух металлических тросиков, купленных в городе на Большом Алтаре. Между переплетениями этих самых тросиков были надёжно (или нет? но я боялся проверять) зафиксированы режущие кромки. И если «пилу» натянуть, острия режущих кромок вставали в две параллельных линии.
