За вещами меня везут Соня с Димой. По дороге до дома меня охватывают противоречивые чувства. С одной стороны, я поскорее хочу попрощаться с прошлой жизнью, больше не иметь с этой тюрьмой ничего общего. А с другой, я выросла в доме отчима и считаю его своим родным гнездом.
Прочь сентиментальные мысли! Меня ждет новая жизнь, в которой не будет отца-тирана и Керимовых!
Заходить в дом страшновато, но я все равно прошу Соню и Диму остаться в машине. Отец под следствием, с Керимовыми у меня сделка, а прислуге я вряд ли нужна.
Когда переступаю порог особняка, меня встречают перепуганные и растерянные горничные. Наперебой бегут ко мне с вопросом, что дальше.
— Этот дом теперь принадлежит Керимовым. Решайте вопрос своей дальнейшей работы с ними, я вам ничем помочь не могу, — развожу руками и направляюсь в свою комнату.
Там я достаю два огромных чемодана и принимаюсь складывать вещи. Наверное, придется приехать сюда еще пару раз. Сразу все вещи не получится увезти. Когда я почти заканчиваю паковать первый чемодан, в дверь раздается короткий стук, а затем, не дожидаясь разрешения, ручка опускается и на пороге появляется Эмма Фридриховна.
Я ждала встречи с ней.
— Здравствуй, Даша, — здоровается первой.
— Здравствуйте.
— Я принесла твой телефон и клатч. Ты оставила их в номере отеля.
И она кладёт на стол мой смартфон и свадебный клатч, которые остались в люксе гостиницы, когда я убегала.
— Откуда они у вас? — настороженно спрашиваю.
— Поехала в отель и забрала.
Прищуриваюсь. Ее поведение крайне странно.
— Зачем вы поехали в отель?
— Узнала от твоего отца, что ты сбежала.
— А как прошли в номер?
— В том отеле работает одна наша бывшая горничная. Она вынесла мне твои вещи. Это было уже после того, как Марата увезла скорая. Керимовы просили администрацию отеля не придавать эту историю огласке и не вызывать полицию, но я все равно подумала, что безопаснее будет забрать оттуда твои вещи.
Я не понимаю, зачем Эмма Фридриховна все это делает. Зачем помогла мне избежать аборта, зачем возила к Вите, зачем сейчас возвращает телефон и клатч.
В последнем, кстати, должна лежать банковская карта с деньгами. Отец переводил мне щедрую сумму каждый месяц, я не успевала ее всю потратить.
— Это ведь вы донесли полиции на отца, — не спрашиваю, а утверждаю. — Больше некому.
— Я, — отвечает сразу, даже не пытаясь скрывать эту информацию.
Столь быстрое признание в доносе изумляет меня.
— Зачем вам это?
— Не хочу быть соучастницей убийства.
