Я вот только искренне не понимаю: что же плохого она им сделала? — И Зоя положила трубку.
Лялька вышла на балкон и закурила. Тряслись руки. Нет, книгу она, конечно, вернет. Любыми способами. «Но, какая же я дура! — расстроилась Лялька. — Кому поверила? На что поддалась? Хорошо, если эта сука правда не отнесла ее «по адресу». От этой гадины можно всего ожидать».
Ночью Лялька не спала — не от страха, от обиды и возмущения. Хотя на кого обижаться? На эту тварь? Много чести. Но противно было очень.
На вокзал приехали за десять минут до отправления.
Еле успели. Закопалась, конечно, Таня — в последнюю очередь стала искать купальник. Нашла, слава богу, а то настроение было бы порядком подпорчено.
В вагоне Лялька сказала строго:
– Никаких мужиков. Едем оздоравливаться душой и телом. Все осточертели. Просто тошнит от всех особей мужского пола.
Таня рассмеялась:
– Это у тебя ненадолго.
В купе улеглись на полати, как назвала вагонные полки Лялька, и стали трепаться. Попутчица, молодая женщина с маленьким ребенком, ушла в соседний вагон к знакомым.
Обсуждали предстоящий Лялькин отъезд. Таня спросила:
– Не боишься?
Лялька покачала головой. Потом поинтересовалась:
– А у тебя таких мыслей не было?
Таня пожала плечами:
– Да нет, скорее всего, не было. И потом, как я маму оставлю, Женьку, бабулю? Ты же знаешь, как мы друг к другу привязаны. И мама сразу вылетит с работы. На что они будут жить? А ей еще Женьку поднимать. Нет, Лялька. Я не такая смелая, как ты. Я трусиха — определенно. И еще — боюсь неизвестности и одиночества.
– А я? — удивилась Лялька.
– Ты — другая, — уверенно проговорила Таня и повторила: — А я — классический трус. — Потом разревелась: — Как я буду жить без тебя, Лялька? Ведь мы расстанемся навсегда. Ты это понимаешь?
Лялька махнула рукой:
– Кто знает? Жизнь — такая непредсказуемая штука.
– Я знаю, — ответила Таня. — И предсказуемо здесь все, до копеечки. Смешно было бы ждать каких-нибудь перемен. Тем более — светлых. Забыла, где мы живем?
– Не знаю, не знаю, — проговорила мудрая Лялька.
И загадочно добавила: — Все может быть. Вспомни историю нашего родного государства.
– Помню, — откликнулась Таня. — И к сожалению, это оптимизма не прибавляет. Ладно, давай спать, оптимистка хренова!"
"Родственники Тани — мамин брат с женой — встречали их на вокзале. Чудесные люди. Сразу повезли на съемную квартиру. Она оказалась замечательной — на набережной, окнами на море. Комната, кухня, ванная. Бросили вещи, и родня потащила их к себе на обед.
