К этому мы идем? Или ты позволишь мне исполнить пророчество? А? Так что это будет?
Кууууууча взглядов устремилась в его сторону, транслируя комбинацию из «уважаю» и «покойся с миром, брат».
Роф очень долго смотрел на него, Бутч даже решил, что ему понадобится больше стейков.
— Теперь я понял, что она имела в виду, — пробормотал Король.
— Прости, что? — выдохнул Бутч.
— Ты и гребанные вопросы. Никогда не понимал, почему Дева-Летописеца не позволяла нам задавать вопросы. Сейчас я понял. — Прежде чем Бутч успел выдавить тупой вопрос, Роф ответил: — Раздражает и бесит, вот почему.
***
Стоя в стороне, рядом с Бальтазаром, который словно держал на поводке голодного медведя, Син гадал, зачем вообще пришел на собрание. Не то, чтобы ему было плевать на то, как Роф намыливал всем шеи. Ему даже нравилось наблюдать, как лидер расы выходит из себя. В такие моменты казалось, что Син работает с тем, кого может понять и уважать.
В конце концов, он рос подле вспыльчивого мужчины. Он привычен к крикам и реву, в каком-то нездоровом смысле ему было комфортно в таких условиях… хотя в случае с Рофом взрыв эмоций был подкреплен внушительным умом и четким пониманием, что есть хорошо, а что плохо.
Да, у Слепого Короля был острый как кинжал язык, и имя под стать характеру, но Роф был истинным Севером на их компасе, он не ошибался, даже когда им владела ярость.
— Я не стану сидеть дома как трусливая сучка, — сказал Бутч сидя на кукольном диване. — Этому не бывать.
Брат очевидно поучаствовал в кулачном бою после того, как Син свалил из того переулка.
Левый глаз Бутча приобрел цвет любимого леденца Рейджа, а кусок мяса поверх фингала казался идеальным пластырем. К тому же, алло, когда стейк нагреется его всегда можно приготовить и слопать… чего не скажешь о разрекламированных компрессах изо льда.
— Изоляция не обязательна, — парировал Брат.
— Чушь собачья. — Роф отрезал. — Я четыре столетия веду войну с Омегой, чтобы доказать, что ты ошибаешься.
— Он уже не тот, кем был раньше. — Бутч подался вперед.
— Я это испытал на собственной шкуре. Или мне напомнить, как мы с тобой узнали о кровном родстве?
— Он прав.
Когда все взгляды в комнате устремились к Сину, он с удивлением обнаружил, что два слова вырвались именно из его рта.
Пожав плечами он пробормотал:
— Я должен был вспыхнуть как спичка или взорваться к чертям собачьим, когда завалил ублюдка.
— Что подводит меня к другой теме, — сухо сказал Роф. — Каким местом ты, черт возьми, думал?
— Я не думал.
