– О, привет! Как дела?
В ту же секунду затрещал сотовый Майи, и я, временно перестав слушать Кару, посмотрела на Водкину. Та поднесла трубку к уху, побледнела, потом вскочила и, забыв со мной попрощаться, бросилась к двери. Похоже, Ларисе совсем плохо. Из большого окна кафе было видно, как Майя опрометью бежит ко входу в клинику.
– …уж прости! – ворвался в ухо голос Карины.
– За что? – поинтересовалась я.
– Ты не спросила про меня у Дегтярева?
– Александр Михайлович еще в Питере.
– Нет, он в Москве! – возразила Карина. – И только что звонил Люсе, секретарше генерала, а в приемной была Таня, она и сказала мне об этом. Уж прости, что напоминаю, но боюсь, что вакансию займут. Ты обещала помочь.
Я пришла в себя.
– Сейчас звякну полковнику.
Дегтярев небольшой любитель болтать по телефону. Как правило, он отделывается междометиями, лучше беседовать с ним лично, но обещание, данное Карине, обязывало меня к скорым действиям. Вполне вероятно, что она беспокоится не зря, пока я вернусь в Ложкино, Александр Михайлович может взять в свой отдел другого сотрудника.
– Дегтярев! – гаркнул в трубку толстяк.
– Васильева! – машинально ответила я. – Ой, прости! Я вовсе не собиралась издеваться!
– Что у нас происходит? – зашумел полковник. – Дома никого нет! Даже собаки исчезли! Ходит странная парочка – мужчина и женщина. Не здороваются. А еще кот, черный! Нет, представляешь, вхожу я в холл, ставлю на пол сумку, и вижу: кошак выплывает.
На меня ноль внимания, доходит до галошницы, вытаскивает лапой одну туфлю, вторую, третью… Очень деловито, словно ищет нечто определенное. Наконец достает кроссовку, садится, писает в нее и уходит. Меня вообще не испугался! Он кто? Откуда?
– Это Венедикт, – пояснила я. – Милейшее создание мстит Витьку и Лесе, они ему не нравятся. Мне, впрочем, тоже. Сама бы им в туфли написала.
– Кто? Кому? Почему? Мне не понравится, если кот изгадит мою обувь, – занервничал Дегтярев.
– Венедикт охотится только за дружной семейкой, – объяснила я, – с остальными он сладкая мурлыка.
– И почему в моем шкафу бардак? – взвыл толстяк. – Открыл створки, а там пейзаж с тортом!
– Что? В твоем гардеробе и правда торт? – поразилась я.
– Нет, еще хуже! – рявкнул Дегтярев. – Уезжал – все было замечательно. Валялось белье удобной кучей, я отлично помнил, что где.
