И вообще я считала, что она возьмет первое место. Или она, или Лена Доколина, — очень тихо добавила Омельченко.
Дронго подумал, что Ингрид ему бы понравилась больше. В Доколиной все было правильно, это была холодная красота. А в Ингрид нравилась чувственность, ее красивые выразительные глаза, ее одухотворенное лицо. И конечно, возможный маньяк преследовал именно такую девушку.
— А наш оператор разве не специалист? — уточнил Дронго.
— Неудачливый спортсмен, — оглянулась на него Омельченко, — и почти не говорит по-русски.
Он почему-то не любит всех, кто приезжает из России. По-моему, он закомплексован: не сделал карьеры баскетболиста ни в Латвии, ни в России, и поэтому ненавидит весь мир.
— Очень жаль, — пробормотал Дронго. — А Ионас?
— Хороший парень, — Лилия приблизила голову вплотную и прошептала, — только до первого бара.
— Что вы хотите сказать?
— Вот это и хочу. Как только он дорывается до бутылки, его уже невозможно остановить. Его отовсюду выгнали, и Зитманис взял его к себе.
— А Рута Юльевна?
— Стерва, — засмеялась Лилия, — страшная стерва.
О ней легенды ходят, как она терзает своих девочек. Видели бы вы, как она мучила нас в прошлом году в Ницце. Неужели вы ничего не слышали про нее?
— Что я должен был слышать?
— Ничего. Только она своеобразный человек. И часто придирается. Если бы не она, у нас была бы прекрасная группа.
— А Гарсию вы давно знаете?
— Мы познакомились в прошлом году в Ницце, — пояснила она, — когда выезжали с нашей первой группой. Сначала снимали в Ницце, а потом в Барселоне.
Пабло очень хороший человек. Он всегда старается всем помочь, и с ним легко решать любые проблемы.
— А ваши девушки?
— Нормальные девочки, — пожала плечами Лилия, — раньше таких не было. Попадались одни дурочки. Только смазливая внешность и ничего больше. А сейчас такие умницы. Ингрид учится на биолога, а Лена на архитектора. Они тщательно следят за своей диетой и за своей кожей. Во время конкурса они выполняли все наши указания.
Микроавтобус переехал реку Гвадалквивир и двигался в сторону нового выставочного комплекса «Экспо-92», построенного девять лет назад.
Ярко светило солнце, и хотя в салоне работал кондиционер, было достаточно жарко.
— Вы их хорошо знаете? — спросил Дронго.
— Наших девочек? — уточнила Лилия. — Конечно. Ингрид я знаю давно, а Лену — три месяца. Она заменила Ингебору. Ингрид — чудесный человек, но немного комплексует из-за своих известных родителей, а Лена старается во всем быть на нее похожей. Очень хорошие девочки.
