Уму не постижимо…
Стараясь не потревожить спящего, она осторожно сдвинула свою ногу, совершенно бесстыдно закинутую поперек чужого тела, дернула юбку платья, опуская ткань. Не меняя положения, это не слишком-то получилось — удалось прикрыться только до колена.
Рэймер все еще мирно спал, и Амелия не нашла в себе сил подняться и уйти. Так и осталась головой на его груди, несмотря на то, что от долгого пребывания в одной позе затекло тело. Эта близость была… приятна.
Сюртук Монтегрейна оказался брошен на кресло напротив дивана.
Когда он успел его снять? Вероятно, тогда же, когда развернул на ее плечах шаль, чтобы укрыть уже их обоих вместо одеяла. Надо же, она ничего не почувствовала.
Пользуясь моментом, Мэл прикрыла глаза, слушая чужое дыхание и сердце, бьющееся под тонкой тканью рубашки прямо под ее ладонью. Губы сами с собой растянулись в улыбке.
Разве так бывает? Так… хорошо.
Солнце поднималось все выше и уже ярко освещало всю комнату. В коридоре кто-то прошел, потом раздался звук упавшего подноса — где-то вдалеке, у лестницы.
Во дворе залаяли собаки, с ними весело заговорил Оливер.
— Кажется, я проспал свою утреннюю прогулку.
От неожиданности Амелия вздрогнула: заслушалась тем, что происходит в доме и за его стенами, что не заметила, когда изменился ритм дыхания под ее щекой, — проснулся.
Дернулась, собираясь подняться, пока не сделалось совсем неловко…
— Останься.
Его рука на ее талии не напряглась — не пытался удерживать, просто попросил.
И она осталась. Чувствуя себя невероятно счастливой и одновременно смущенной.
Что бы ни произошло прошлым вечером, ей стало легче. Настолько, что Амелия ощущала себя легкой, как перышко."
"Рэймер поцеловал ее в волосы и только теперь, убедившись, что она добровольно не собирается сбегать, обнял крепче.
— Спасибо.
— За что? — прошептала Амелия, снова пряча лицо на его груди.
— За то, что улыбаешься.
Он не мог видеть ее улыбку из своего положения. Просто… знал? Она улыбнулась шире при этой мысли и глубоко вздохнула, поерзала, чтобы угнездиться поудобнее.
А потом заметила, как Монтегрейн попытался посильнее перетянуть на себя шаль ниже пояса, и зарделась.
«Боги, Мэл! Тебе будто правда шестнадцать! Это же не плюшевый мишка, которого можно обнимать на ночь».
— Угу… Вижу, заметила, — покаянно вздохнул Рэймер. — Не выдумывай, ладно?
— Не буду, — пообещала Мэл искренне и снова осталась.
Глава 37
1 неделя после окончания войны с Аренором
Поместье Грерогеров
Южный округ, Мирея
— Я сказал: нет.
