Они вышли на улицу вместе. Гости, надышавшиеся на кладбище свежим воздухом, поглощали еду и напитки в доме и еще не добрались до заднего двора. Поэтому тут было тихо и пусто.
Конрад тут же опустился на скамью у высокой ограды, чтобы не нагружать ноги и позвоночник, а Рэймер остался стоять. С досадой пнул металлическую чашку, поставленную кем-то из слуг для дворовых кошек. Та со звоном покатилась по цветным плитам.
Принц сделал вид, что ничего не заметил.
— Лу приедет? — спросил он.
Монтегрейн покачал головой.
Его сестре рожать со дня на день, какие уж тут похороны? Да и перемещения порталом ей сейчас точно не на пользу. Луиса засыпала его письмами с извинениями, но это было совершенно лишним — Рэймер все понимал. И Анабель бы поняла. Она сама так хотела детей…
— Поговорили с отцом? — голос друга вырвал его из грустных мыслей.
Монтегрейн дернул плечом.
— Так, перекинулись парой слов.
Обсуждать отца он хотел бы в последнюю очередь.
— Не извинился?
Рэймер бросил на друга красноречивый взгляд.
— Шутишь?
Конрад вздохнул.
— А у?.. — начал Монтегрейн в свою очередь.
— Все хорошо, — не дал договорить принц. Верно, он прав: когда в поместье отец, тут и у стен могут найтись уши.
— Хорошо, — эхом отозвался Рэймер и заставил себя тоже сесть. Расстегнул пуговицы форменного кителя под горлом. После полутора лет холода тут ему было постоянно жарко. — Как идут переговоры о твоей свадьбе? — спросил, в тайне надеясь переключиться со своих проблем на чужие. — Конрад хмыкнул. — Что? — Монтегрейн упер локти в колени, переплетя пальцы, и повернул к нему лицо.
— Никак не договорятся?
Принц поморщился, побарабанил пальцами по колену.
— Король Аренора не слишком-то горит желанием выдавать свою единственную дочь за калеку.
— Я слышал, Эрик Первый — мудрый и справедливый человек.
— Вот именно, — подчеркнул Конрад. — И хочет здоровых внуков.
Помолчали. Выбранная тема оказалась ничем не лучше предыдущих.
— Ты должен вернуться к гостям, — напомнил принц.
— Знаю, — буркнул Рэймер и, вместо того чтобы встать, наоборот, откинулся на резную спинку скамьи.
— Подождут.
* * *
Дом опустел только с заходом солнца.
Конрад хотел остаться с ночевкой, но его охрана, ссылаясь на приказ короля, не позволила, и наследник был вынужден вернуться во дворец.
Отец тоже уехал. Спровадил последнего гостя и, не прощаясь, покинул поместье.
Хлопнула входная дверь, и наступила тишина. Гнетущая и по-настоящему мертвая, как та, кто жил здесь в последние годы.
