А Мужчина развернулся и похромал в сторону лестницы.
Амелии захотелось провалиться сквозь землю.
* * *
Из какого-то детского упрямства Амелия так и не избавилась от вдовьего наряда, но сложила его в холщовый мешок и спрятала на самом дне платяного шкафа. Следовало бы сперва выстирать платье (а по-хорошему — уничтожить), но Мэл не рискнула отдавать его Лане или Дане, поэтому убрала так.
Завтракала она в компании Дрейдена. То ли супруг ел у себя перед ранней прогулкой, то ли вообще предпочитал пропускать первый прием пищи, но за завтраком за эти дни он пока не появлялся ни разу.
Управляющий этим утром вел себя непривычно тихо, лишь бросил на Амелию несколько коротких взглядов и уткнулся в тарелку. Вероятно, шумным пробуждением Мэл шокировала Дрейдена ещё больше, чем своей реакцией на его приближение два дня назад. Чертовы нервы…
День выдался жарким, и, собираясь, Амелия обрадовалась, что оставшееся летнее платье будет как нельзя кстати в такую погоду. Впрочем, летним наряд считался исключительно из-за тонкой ткани.
По сравнению с помощницей, надевшей хлопчатобумажное платьице с короткими рукавами и собравшей волосы повыше, чтобы шее не было жарко, Мэл, в платье с глухим воротом и длинными рукавами, смотрелась укутанной не по погоде. От высокой прически она так же, как и всегда, отказалась, и Дафна заплела ее волосы в косу — Эйдан бы в гробу перевернулся.
Во двор вышли втроем — с Дрейденом и Дафной. Монтегрейн ждал уже там, о чем-то переговариваясь с одним из братьев-конюхов. С каким, Мэл пока не научилась различать, но, судя по равнодушной реакции своей служанки, решила, что перед ними был Ронни — при виде Оливера Дафна непременно краснела и смущалась.
Рэймер, так же, как и Мэл, одетый совсем не по-летнему — в застегнутом на все пуговицы сюртуке и даже не забывший про шейный платок, — обернулся на шум от их появления, задержал на Амелии взгляд чуть дольше, чем следовало, и поманил к себе Дрейдена.
Мэл в компании Дафны направились к уже запряженному экипажу.
Монтегрейн с бывшим лжедворецким о чем-то негромко переговаривались.
Амелия не вслушивалась, но поняла, что Дрейден остается в поместье, и поедут они, не считая кучера, втроем.
Бросив последний взгляд на разговаривающих мужчин, Мэл решила не ждать и не изображать из себя избалованную аристократку, а сама потянулась к дверце экипажа. И пока Ронни спохватился и сориентировался, уже забралась внутрь. Внутри было душно, и она сразу же отодвинула штору.
Дафна замялась в дверях.
