Но главный сюрприз ждал его в спальне…
47
— Вадим?!
Он как раз закрыл дверь в её спальню и развернулся, когда Ирка его увидела. В горле стоял удушливый запах цветущей черёмухи. Перед глазами — вид спящего на её кровати парня.
Не так Вадим Воскресенский представлял их встречу. Не те чувства мечтал испытать.
— Ну, привет! — усмехнулся он.
— Привет! — замерла Ирка.
— Это кто? — показал он головой на её комнату.
— Это Север.
— Так я и думал.
— Нет, ты думал не так, — спокойно, даже с вызовом возразила она. — И сейчас думаешь всякую херню, а это не так.
— В твоей постели — мужик, — показал он за спину большим пальцем.
— И-и-и?
— Этого недостаточно?
— Это вообще ни о чём. Если только ты не прилетел за десять тысяч километров, чтобы со мной поругаться. Хочешь поругаться?
На самом деле он невыносимо хотел её обнять, коснуться, зарыться носом в распущенные волосы, вдохнуть запах, почувствовать её тепло, но, твою мать, это же как-то…
«Не по-мужски?» — услышал он мысленно её насмешливый голос.
— Эй! Я здесь, — коснулись его её руки.
Обвили шею. — Это всё ещё я. И я всё ещё твоя. — Обожгло ухо шумное дыхание. Ресницы защекотали кожу.
«Да гори оно всё!» — прижал он Ирку к себе.
— Спасибо, что это хотя бы не Макеев, — улыбнулся.
Она засмеялась. И словно рассеялись тучи.
— Всегда пожалуйста!
Горячей волной окатило изнутри, когда он коснулся её губ своими.
Господи, как он соскучился! Как невыносимо, безумно, отчаянно по ней тосковал.
— Ты хоть бы лифчик надела, — всё же не удержался Вадим от замечания, когда под его рукой затвердели её соски.
— Он хоть тебе и друг, но всё же мужик.
— Во-первых, я была в толстом махровом халате, во-вторых, как раз шла в ванную переодеваться, а в-третьих, — она выскользнула из его объятий и взялась за ручку двери в ту самую ванную.
— А в-третьих, чего он там не видел? — усмехнулся Вадим.
— И это тоже, — захлопнула она дверь у него перед носом. Потом приоткрыла, выглянула в щёлку. — В-третьих, не заставляй меня оправдываться, я ни в чём перед тобой не провинилась.
И я позвала бы тебя с собой, но нет, — она смерила его взглядом, что явно означал «не заслужил».
«Вот зараза! — выдохнул Вадим, когда дверь снова закрылась, и улыбнулся. — Зараза, но какая моя. Сто процентов моя».
— Вадим Воскресенский. Пётр Северов, — представила их друг другу Ирка, когда её «друг» наконец выспался и спустился.
Рыжеватый, невысокий, но довольно крепкий, спортивный, он уверенно пожал Вадиму руку и по-хозяйски полез по кастрюлям.
