Она злится, она мстит, мелко по-бабьи, но болезненно: хрен его знает, что ещё она наговорила Ирке, Анфиса из тех, что соврёт — дорого не возьмёт, но если она с Лёхой…
— Вадим? — Голос Друга прозвучал в полной тишине, если не считать гула серверов.
— Я здесь, — посмотрел Вадим на часы.
Да, чёрт побери, он знал, что делать. Как минимум дать в морду Макееву. И Вадим уже купил очередной билет на ближайший рейс, до которого осталось не так много времени.
— Я могу чем-нибудь помочь?
— Скажи что-нибудь жизнеутверждающее, Друг!
— Жизнь — это не работа, это то, что проходит, пока мы работаем.
— Ну, спасибо! — встал Вадим. Размял затёкшие плечи.
— Если твоя баба не может довести тебя до нервного срыва, это не твоя баба, — добавила она.
— Эта — точно моя, — усмехнулся Вадим.
Моя порча, моё проклятие, мой ведьмин омут.
Настолько его, что Вадиму было страшно, на что он ради неё способен.
— Ладно, пока! И не ешь лобстеры, у тебя на них аллергия, — предупредил он и отключился.
Отдал последние распоряжения двум дежурным админам и пошёл в душ.
— Шеф, а если?.. — уставился на него один из самых башковитых программистов, когда, даже не высушив волосы, Вадим закинул на плечо сумку.
— Вы знаете, что делать, «если…». Справитесь без меня, — повернул к выходу Воскресенский.
— А ты куда?"
"— У меня дела, Вань. Жизнь — это не только чёртова работа, в ней есть вещи и поважнее. Ты тоже езжай домой. Жену обними, с сыном поиграй, выспись. Отдохни. До связи!
Наверное, если бы Ирка ответила, если бы они окончательно поругались или, наоборот, всё выяснили и помирились, Вадим не сорвался, не рискнул оставить всё сейчас, отложил поездку на потом, на неделю, две, может, ещё на месяц, но она молчала — и он летел к ней.
Летел, потому что не мог без неё. Потому что невыносимо хотел увидеть, обнять, успокоить. Потому что был ей нужен. Потому что она была ему нужна.
Он взял билет в бизнес-класс и уснул в самолёте.
— А номер дома? — обернулся таксист.
— Спроси, что полегче, — ответил Вадим. — На развилке, двухэтажный, с мансардой. Я покажу.
Он забыл, что два дня не ел, ухватил на ходу в аэропорту какой-то бутерброд, там же у автомата проглотил всухомятку, пока ждал кофе. На борту, конечно, кормили, но он проспал. Забыл, что не побрился, а ей не нравится его щетина. Забыл обо всём, думая лишь о том, что скоро её увидит.
Забыл, что она его не ждёт.
Удивился, когда увидел во дворе её дома чью-то машину.
