Заплаканную и несправедливо наказанную, ноги понесли ее к кузне, за которой они вместе с сыном кузнеца давно проделали дыру в заборе и иногда убегали из города, чтобы побродить по окрестностям и поиграть у бегущего из леса ручья.
К самому́ лесу дети никогда не подходили ближе края тени самого высокого дерева. С ранних лет им строго-настрого запрещали приближаться к чаще, где, по старым легендам, обитают ужасные чудовища. Проверять подлинность этих рассказов совсем не хотелось. Ведь даже взрослые не решались опровергнуть эти россказни и всегда держались от леса поодаль.
Так уж случилось, что в тот день началась война между людьми и этими самыми чудищами. Как и многие другие, Злата впервые видела монстров из легенд своего народа. На ее коротком веку они ни разу не выходили из запретного леса.
Девочка сидела на траве и плела венок из одуванчиков, когда с неба посыпался град из стрел. «Тревога! Тревога!» – послышалось со стороны городских стен. Оторвав взгляд от цветов, Злата собиралась немедленно бежать домой, как учила мать поступать в подобных случаях.
Над ее ухом что-то просвистело и воткнулось в землю, срубив желтую шляпку одного из цветков.
«Стрела», – сглотнула комок в горле Злата и вскочила на ноги. Бросив венок на землю, она сделала было шаг в сторону дома, как в плечо что-то больно врезалось и сбило с ног. Стрелы смертельным роем летели со стороны городских стен. Одна из них хоть и не пробила детскую руку насквозь, но зато прошила кожу, мышцы и плотно засела в раздробленной кости.
Тупой металлический наконечник явно был сделан сыном кузнеца. Боль была такой сильной, что Злата не могла подняться и просто хныкала, лежа на спине и теряя все больше крови. В этот самый момент кто-то схватил ее за ноги и поволок прямиком в сторону деревьев.
Сначала Злата думала, что это чьи-то руки, но, подняв голову, с ужасом поняла, что это длинные корни тащат ее по земле. Последнее, что она увидела перед тем, как потерять сознание, был старый худой мужчина с птичьими чертами лица.
Он коснулся лба девочки своей шершавой рукой и спокойным, но невероятно громким голосом сказал: «Не бойся, никто тебя не обидит, теперь ты дома». Этой же ночью началась ее новая жизнь.
Спустя четыре полные луны Саша шагала рядом с абсолютно выздоровевшей Златой в сторону городских ворот. Смертельная рана зарубцевалась и превратилась в безобидный шрам. Кость срослась, и рука работала как прежде.
