— Получается, пока я там срал под себя, привязанный к стулу и жрал протухшие консервы, каждый час получая по морде, ты там со своим ёбарем итальянским кувыркалась?! Пехалась? На хую убийцы вертелась и орала во все гланды? Хорошо так оттянулась, дрянь? А? Паскуда… Ещё рожать ему собралась? ДА?! Почём пиздой детородной торгуешь, милая?!
— Нет, Сергей! Нет! — от потока грязного мата хочется спрятаться, забиться в угол, перестать дышать. — Не говори так! Серёжа, умоляю! Пойми!
— Паскуда… продажная. Я подыхал, думал о тебе, а ты в это время богатеям детей рожаешь! Пелёнки норковые заготовили уже?!
Хочется уши зажмурить.
Оглохнуть и ослепнуть хочется.
Исчезнуть. Навсегда. Как снег на солнце растаять. Чтобы не чувствовать тех проклятых мучений, который я чувствую прямо сейчас.
— Не говори со мной так, Серёжа! — прошу, пытаясь не повышать голос. — Ты не знаешь… Не знаешь всего!
— Не говорить с тобой так? — горько вздыхает. — Мне больно. Больно, понимаешь? Ты моё сердце в грязи утопила, в душу мне харкнула. Как мне после этого с тобой разговаривать? Ты залетела, да? Алина!
— Да.
Но я… Но я как суррогатная мать!.. У нас контракт. Сделка. Чтобы спасти Катю.
Вру. Вру. Вру.
До пелены перед глазами.
Обманывая его. Леона. И себя.
Дрянь я. Тварь. И шлюха.
А ещё трусливая овца, которая боится сказать правду. Просто тупо боится признаться!
Господи. Боже. Прости!
Стыдно мне. Страшно. Горько.
Больно душе. До сумасшествия! Как же мне боль-но.
Не могу. Я не могу. Сказать всю правду.
Я слабое, трусливое существо.
— Так получилось, Серёжа… Ты же помнишь, — шепчу. — Помнишь, как всё начиналось? Я ради тебя под бандита легла. Ради спасения твоей жизни, С-с-серёжа…
— Гондон натягивать не пробовала? — зло спрашивает.
Реву в кулак, заглушая рыдания. Стараюсь не шуметь. Но как же больно… Ад в груди!
— Он не любит так.
— ЧЕГО?! Давай, расскажи мне, сколько раз за ночь он тебя на хуе проворачивал, как подстилку! — злобно рычит Серёжа. — Как он тебя ебать любит… Ну же. Давай! Мне ссать было больно, чуть все яйца не отколотили… А ты расскажи, какой большой и толстый ствол у твоего богатого итальяшки.
— Всё не так… Не так. Таблетки не сработали. Это случайно получилось. И я… не смогла сделать аборт. Это же ребёнок. Не смогла убить его…
Серёжа в ответ рычит, как дикий вепрь.
— Когда Моретти узнал… Приказал оставить. Им нужен наследник. Я должна родить его и отдать семье мафиози. А они взамен спасут Катю, оплачивают дорогостоящее лечение..
— Катю…
— Да, Катю.
