Алонзо выкуривает уже третью по счету табачную трубку — нервничает.
— Ты что, правда отдашь им Лину? — задыхаясь, одновременно зверя, спрашиваю я.
— Я не могу дать ответ сразу. Мне нужно подумать. А ты — молись, чтобы Фабио принял наши прошения.
— Ты унижаешься перед ним! Тебе это нравится, да?
— Мне это не нравится, Леон. Но я хочу жить в мире со своим другом. Росси — могущественная империя. Представь, что произойдет, если между двумя величественными кланами вспыхнет кровавая бойня? Из-за кого? Из-за русской шлюшки.
Пиздец!
Я едва держусь, чтобы не разнести всё и всех к херам собачьим!
— Лина мне нравится, но иногда приходится чем-то жертвовать, делать выбор в нашей нелегкой жизни… Понимаешь? Нужно быть предусмотрительным и находчивым, — учит старый хер меня. — Лишь тогда ты добьёшься успеха в деле. Будешь сыт и богат. До самой смерти.
— Она носит нашего наследника! О чём ты говоришь?! Ты не шутишь, дед?
— Я в отчаянье… Но что же делать. Если между нами вспыхнет война, то наследник не понадобится.
Просто потому, что ему нечем будет владеть. Ты хоть понимаешь, насколько серьезны наши дела?
Я молчу. Я хрущу кулаками. Мне хочется кого-то убить. Порвать в клочья! Я не верю, что то, что сейчас происходит со мной, происходит на самом деле.
— Лина не одна девка на всём белом свете! Осеменишь кого-нибудь ещё! Или что… ты, что, Леон, влюбился? — старый пень бросает трубку на стол, отрывается от стула, наклоняясь ближе ко мне. Он сверлит меня своими мелкими глазками, как наждачкой по живому режет.
— Лина не одна девка на всём белом свете! Осеменишь кого-нибудь ещё! Или что… ты, что, Леон, влюбился? — старый пень бросает трубку на стол, отрывается от стула, наклоняясь ближе ко мне. Он сверлит меня своими мелкими глазками, как наждачкой по живому режет.
— Я…
— Мы можем продолжить разговор? — меня перебивает голос Альберто. Он вернулся на своё место после телефонных переговоров со своим боссом и удобно устроился за столом.
— Да, — киваю. Дед тоже кивает.
"
"Мы мгновенно забываем о том, о чём говорили с Алонзо секундой ранее. Да, я начинаю молиться и скрещиваю пальцы на руках. Я ни за что не отдам им Лину! Собственными руками глотки перережу каждому отпрыску семейства Росси, если хоть один волос упадёт с головы моей девочки.
— Синьор Фабио принял во внимание некоторые, озвученные вами нюансы. Он решил сделать исключение и пойти на уступки. Синьор Росси готов дать вам время на расследование и поимку преступника.
