Мы смотрим друг на друга, кажется, вечность, прежде чем… прежде чем она потрясенно выдыхает:
- О, Господи…
- Милая, можешь не называть меня Господом, когда мы одни, - повторяю старую шутку из какого-то фильма, ухмыляюсь и заставляю себя встать.
Нависаю над малышкой, которая, несмотря на каблуки чуть выше моего плеча.
- Отлично выглядишь.
- Что ты тут делаешь?
- Я? Пришел посмотреть выполнишь ли ты мою просьбу. Наденешь наше платье, - специально говорю «наше», напоминая ей то, что произошло в примерочной, заставляя ее еще больше смутиться и покраснеть, - Молодец, так держать.
- Как ты сюда попал? Ты… тебя пригласили? Или… - закусывает губу, начинает озираться испуганно. Неужели думает, что я пробрался на закрытое мероприятие тайно, только чтобы ее увидеть?
- Или. – киваю усмехаясь, - Я сам себя пригласил.
- Ты с ума сошел, Лавров? Это… это вечеринка для сотрудников компании. Тебе тут нельзя. Если тебя увидят?
- Что будет? – выгибаю бровь, даже интересно, что она скажет.
- Тебя выгонят.
- И что?
- Что? – она искренне не понимает, почему я так спокоен! – Это… это неприлично.
Нормальные люди так не поступают. Уходи.
- Не могу.
- Почему? Что ты за человек такой, а? – в глазах страх, дрожит, я чувствую.
- Нормальный человек, Саш. Вполне нормальный.
Человек, которому единственная любимая женщина вчера задала очень неудобный вопрос.
Любимая. Да. Я не оговорился. Любимая. Та, которую я любил. Единственная любимая, потому что других не было.
«Почему ты тогда меня бросил?»
Почему бросил.
Потому, котёна, потому…
Потому что не ожидал, что ты так быстро мне замену найдешь. Не ожидал, что будешь по улице идти под ручку с каким-то придурком, улыбаться ему, да еще и гладить его по щеке, целовать, и смотреть так…
Чёрт, до сих пор воспоминание это все внутри разрывает. Я видел, как она его целовала! И как смотрела смущенно! На меня не смотрела так. И не целовала сама первая, никогда… Ну, в смысле… Сначала."
"Стеснялась. А может, делала вид? Может, не так и приятны были ей мои поцелуи?
Мысль об этом тогда меня в шок повергла.
Нет, не могло этого быть! Ну, может сначала она стеснялась, боялась, но потом-то? Потом ведь любила же? Любила?
- Никита, уходи, пожалуйста… Я…
- Что?
- Я боюсь…
Интересно, чего? Неужели за меня боится? Боится, что меня выгонят с позором крутые работодатели ее муженька?
- Пожалуйста, Никит, если Андрей увидит…
Ах, Андрей, ясно. Качаю головой, наклоняя ее ниже. Не за меня боится. Боится, что муж нас застукает.
